Невидимый свет

– С чего ты взяла, что мы расстались? – серьёзно посмотрел на меня Тимофей, отчего внутри живота что-то шевельнулось. О чём это он? – У нас всё только началось, и я надеюсь, что она не захочет расстаться, – брюнет с тёплой улыбкой взглянул на меня, а я лишь чувствовала, как мои и так не маленькие глаза становятся всё больше.

– Это значит… – я боялась ошибиться, правильно ли поняла слова Тима, но он перебил меня, не дав закончить.

– Николь, – мягко приподняв моё лицо за подбородок и заглянув в глаза так, что дыхание перехватило, Тимофей тихо прошептал, – я люблю тебя, Николь.

Его зачарованный взгляд медленно скользил по моему лицу, в то время как внутри моей грудной клетки бушевала настоящая буря из чувств и эмоций. Вены бешено пульсировали от воспламеняющейся в крови любви. Ожидая реакции, он робко опустил глаза и неуверенно продолжил:

– Я влюбился в тебя сразу, как только увидел, у подъезда дома Карины. Ты стояла вся такая скромная, милая, красивая и так нервничала, – в смущении он выдержал паузу.

 – Я почувствовал необычайную и необъяснимую близость между нами, будто что-то невидимое связывает нас и притягивает друг к другу.

Тимофей наконец посмотрел на меня, а я лишь слышала свой собственный пульс в ушах от трепета и восторга. Ласково проведя пальцем по моей щеке, чуть дыша, он повторил слегка дрожащими губами:

– Я люблю тебя.

Всё, больше я была не в силах контролировать себя, свою голову, сердце! Он помнил всё! Каждую мелочь! Даже волнение моё ощущал! Его признание было настолько чистым и искренним, что меня не покидало чувство, будто он, сказав мне это, испытал настоящее облегчение.

Мои эмоции прорвались наружу.

Я забралась на него сверху и, осыпая лицо поцелуями, еле слышно прошептала:

– И я очень тебя люблю.

Тимофей, услышав ответ на своё откровение, притянул меня к себе с какой-то новой невинной нежностью, и мы слились в опьяняющем поцелуе. Что-то волшебное проникло в наши сердца, от чего кружилась голова и путались мысли. Целуя парня так трогательно, с такой упоительной лаской, я всё ближе прижималась к нему.

Но это не было похоже на прелюдию перед любовной утехой. Мы наполнились поистине светлым чувством, а не жадной страстью и вожделением. Я понимала каждое слово, которое произнёс Тимофей. С первой нашей встречи, пусть и такой странной, я ощущала не совсем понятную, но сильную и волнующую тягу к нему. Раз за разом вспоминая невероятные пепельные глаза, я успокаивала сама себя, придумывая нелепые оправдания.