Услышь меня

Он не рассказывал никому, не мог признаться, что во всем виновато его упрямство. Отец предлагал поговорить с друзьями и устроить его на другую базу, где условия легче. Но чувство противоречия и желание показать отцу свою самостоятельность не могли позволить парнишке воспользоваться этим предложением. Он, мол, как все пойдет, на равных.

Да только образование и воспитание было не равным. И Эрсин оказался слабаком. Он не был способен выдерживать такие физические нагрузки, сроду не держал в руках ни тряпки, ни веника.

Его каждый раз раздражал этот неотесанный парень, назначенный командиром. И такой имел власть над ним, наследником крупного адвокатского офиса!..

Но самое обидное, что Эрсин вынужден был это принимать. Впрочем, только пока. Стоило позвонить отцу, и этот кошмар закончился бы моментально. Но он еще не готов сдаться. И покажет всем, что не размазня. Отец поймет, что сын уже взрослый.

Дежуря на кухне вместе со всей бригадой, Эрсин потихоньку взял нож.

Нет, он не собирался никого убивать: просто объяснит всем, что с ним шутки плохи, и тогда его оставят в покое. Протянет таким образом месяц, а там распределение, и отец, увидев, как он сам все решил и со всеми справился, примет его победу.

Эта идея окрыляла и давала уверенность.

В тот день вначале проходила военная учеба. Рассевшись на лавках вокруг командира, стоявшего на возвышении, солдаты слушали урок по стратегии боя.

Серкан увлекся, Вулкану мешало сосредоточиться желание вздремнуть.

Эрсин же был возбужден предстоящей победой.

После обеда во время учений на плацдарме он вошел в такой раж, что, когда командир бригады подтолкнул его к деревянному препятствию пинком: «Вперед, ишак!» (это превосходство над подчиненными явно доставляло парню удовольствие), Эрсин послал его от души, да так, чтоб слышали ребята рядом: «Да пошел ты! Тупое животное!»

Он чувствовал себя героем. Отец будет гордиться сыном. Но знал, что ему не спустят подобной наглости.

Эрсин был готов и ждал.

…Барак был полупустой – человек десять, не больше. Серкан только что получил письмо из дома и писал ответ. Он знал, что весточек от него трепетно ждут, как и его самого. На службе это согревает сердце. Пара ребят хвастались, что уже стали отцами и отпускали шуточки, приводящие в смятение неженатых.

Тут, в казарме, Серкан даже скучал по объятиям Чидэм и ее теплоте в постели.