Живые! Помните погибших моряков! Книга 2

Начальник дивизиона держал свой флаг на «Ловком».

Пока шли шхерами нас покачивало сравнительно мало, но стоило только перегруженным и потерявшим остойчивость выйти о маяка Юссара, как с тало сильно раскачивать и заливать леденеющими брызгами рассвирепевшего штормующего моря. Крен корабля достигал 30°, и вода от бушприта форштевня попадала даже в первую и вторую трубы, заливая кочегарки и огонь в котлах. День был ясный и видимость хорошая. Ветер пронзительно стонал в рангоуте эсминца, и в обширных водных ухабах временами скрывались из видимости верхушки мачт миноносцев, следовавших в кильватер друг другу.

Я находился на жилой носовой палубе, когда примерно, около часа в люк послышалось несколько голосов – «Исполнительный» взорвался.

Взбежав стремительно по трапу на верхнюю палубу, я увидел следующую картину. «Исполнительный держался на воде вверх килем; вокруг гибнущего корабля плавали различные деревянные предметы и на них искал спасение утопающий в замерзающей ледяной воде экипаж. На киле эсминца маячила фигура матроса, лавирующего по красному днищу и хлопающего рукавицами. Это был кочегар Бесенков, которого вскоре смыло набежавшей волной в воду.

В 12.56 «Летучий» по радио открыто передал:

Миноносец «Ловкий» начальнику дивизиона.

«Исполнительный» погиб». Спасено 7 человек. Причина неизвестна. Взрыва не было».

Предполагая, что миноносцы атакованы неприятельскими подводными лодками, так как некоторые из команды, подавшись панике принимали любые плававшие предметы за перископы подводных лодок. Комендоры по приказанию командиров бросились к 75 мм. пушкам. Но стрелять пушки не могли, так как вмерзли. Своими телами от дула до казенной части вместе с цапфами, вертлюгой и тумбой в сплошной лед, образовавшийся на орудийных мостиках, имевших чрезвычайно приподнятые комингсы.

Когда мы подошли к месту гибели «Исполнительного» на кабельтовых 20., то описывавший в этом месте циркуляцию «Летучий» вдруг как-то неестественно нырнул носом в воду, причем корма по самую трубу обвалилась, точно обрубленная взмахом гигантского топора.

Все заволокло черным дымом и угольной пылью.

Взрыва при этом никто из нас не слышал.