Кукловоды

Глава 2

Света Сохо

I

Петр расположился за большим круглым столом на шесть человек у огромного панорамного окна в пол. Петр никого не ждал, но он любил этот столик – он в ресторане был одним из двух столов, расположенных у окна. Все остальные столики уходили в глубину темного помещения, и днем главным источником света здесь были как раз эти самые два окна.

Петр ходил сюда обедать довольно часто, оставлял хорошие чаевые, поэтому персонал ресторана никогда не возражал, когда он в полном одиночестве занимал столик, рассчитанный на большую компанию.

Иногда, приветствуя его, кто-нибудь из официантов сразу сообщал: «Ваш любимый столик свободен!» И в такой день он оставлял чаевые даже больше обычного.

Сделав заказ, Петр достал телефон и нырнул в реальность социальных сетей. Наткнулся на пост рыжеволосой Леры Чернявской.

«Друзья, наконец я рада представить вам мою книгу по брендингу, которая вышла в прекрасном издательстве „Манн, Иванов, Фербер“. Эта книга стоила мне нескольких десятков бессонных ночей, 3 кг веса и ссоры с любимым, который слишком сильно ревновал меня к ночным свиданиям с компьютером, но я считаю, что от этого сама книга стала еще интереснее», – писала в своем посте Лера Чернявская.

Дальше Лера объявляла конкурс среди своих подписчиков и друзей – она подарит книгу первым десяти счастливчикам, которые оставят комментарий к ее посту, а под текстом, конечно же, красовалась ее фотография с отбеленной улыбкой и книгой в руках.

«Три килограмма веса, – ухмыльнулся Петр, – ты что, ее родила…»

Лера разместила пост всего час назад, но он успел собрать уже почти двести лайков и около сотни комментариев.

«Люди, вы с ума сошли!» – недоумевал Петр, но ход его мыслей прервал телефонный звонок. Страница с ненавистным постом скрылась из вида, а на экране высветилось «Света Сохо».

Петру это говорило только о том, что это была Света, с которой он познакомился в Soho, но больше ему это ни о чем не говорило. В голове не всплыл какой-то конкретный образ, который ассоциировался бы с этим именем.

Вероятно, у нее не было никаких других запоминающихся характеристик, иначе в его записной книжке она была бы обозначена как «Света сиськи», «Света попа» или как-нибудь еще, чтобы облегчить ему мучительный процесс воспроизведения в памяти ее образа.

Петр снял трубку. В телефоне раздался знакомый голос. И даже не голос, а тон, которым этот голос разговаривал.

«Привет! Ты где?» – сказал голос.