Девять жизней

Алжбета впала в безумие и все время повторяла, что не успокоится, пока не найдет свою ненаглядную малышку. И когда сердца всех её детей будут биться вместе, она придет и заберет их с собой, чтобы никогда не разлучаться. Через некоторое время пропала и она. Никто так и не нашел, ни её, ни ребенка, ни их тел. После исчезновения Алжбеты была сделана эта статуя. С тех пор и появилось поверье, что нельзя собираться по девять человек в одном помещении.

– Но почему из человеческих костей? – спросил Максим.

– Наверное, потому, что чума и война давали слишком много подобного материала, – ответил Павел.

– Вы абсолютно правы. И статуя появилась почти на две сотни лет раньше, чем интерьер в Костнице. Ей сейчас четыреста пятьдесят лет и…

Стук падающего тела прервал рассказ Карела. Молодая писательница мистических рассказов, имени которой Максим не запомнил, упала в обморок.

– Втишек, вынеси её на свежий воздух, а я схожу за водой, – сказал Карел Костроун и быстро, насколько возможно при его хромоте, пошел к выходу из зала.

– Ну и напугала она меня, – сказала Маркета.

– Не тебя одну, деточка, – ответила ей Мария и в очередной раз протерла свои очки.

– Скажите, а вы давно знакомы с хозяином замка? – Максим присоединился к их беседе.

– Около десяти лет. Думаю, живя в таком замке, полным легенд, поневоле станешь поклонником мистических книг. Наверное, он с нетерпением ждет Стивена Кинга, думаю, им найдется о чем поговорить, – она засмеялась и подошла к статуе.

 – Знаете, а ведь свой первый рассказ я написала еще девчонкой, после того как всю ночь провела в запертом погребе. Я полезла за вареньем и крышка захлопнулась. Ну и натерпелась же тогда. Зато утром все страхи нашли своё выражение на бумаге. Так что, думаю, для многих этот жуткий замок может стать еще одним толчком в творчестве.

Максим тоже подошел к статуе и стал внимательно её рассматривать. Если забыть о том, что Алжбета выполнена из человеческих костей, то она казалась даже красивой.

Фалды платья ниспадали ровными волнами, длинные, до пола, рукава, с прорезями для рук, в точности воспроизводили покрой того времени. Максим заметил за спиной статуи надпись.

– Кто-нибудь понимает по-чешски? – спросил он.

– Я! Что перевести? – с готовностью подошла к нему Маркета.

Максим указал на надпись, и она прочла:

– Когда во мраке расцветёт

Свет девяти лампад,

Луна кровавая взойдет

Не ведая преград.