Идеальный вариант (сборник)

– Жесткая и, знаете, людей за пыль держит. Малейшая провинность – пошел вон. И все терпят. А что сделаешь? У всех обстоятельства: кому детей кормить, кому родителей. У меня вот жена инвалид, и мать жива еще престарелая. Сын, конечно, помогает, но он тоже не миллионер, своих двое, третий на подходе, так что приходится наступать на горло собственной песне. Если попрут, уже в приличное место не устроюсь. Возраст, знаете ли.

– Скажете тоже! Возраст! – Ксения изобразила возмущение. – Сколько вам? Пятьдесят пять? Пятьдесят восемь?

– Шестьдесят два, – вздохнул мужчина.

– Ерунда! – «Шкода» добралась до очередной пробки на пересечении улицы Вавилова с проспектом Шестидесятилетия Октября. – Тут и так не проехать было, а теперь со сменой трамвайных путей вообще какой-то кошмар. Ну, ничего, постоим, и вы заодно к вашей мымре попозже приедете. Если, конечно, она вас не уволит за опоздание.

– Не уволит, но рублем накажет.

– Правда?

– А то! Премии лишит, может из зарплаты вычесть.

– Это законно?

– Вполне.

Три опоздания – пошел вон. Сие записано во внутреннем распорядке компании.

– Ну, она же не может сразу во всех офисах дежурить.

– А зачем? У нас пропуска, к автоматам прикладываем, все фиксируют: когда пришел, когда ушел, сколько времени потратил на обед.

– Не забалуешь.

– Да это как раз не страшно. Оно, может, и правильно. Много дел не переделаешь, если все начнут своевольничать и работать меньше положенного. Страшно не то, что делается, а как. Без всякого уважения к людям, понимаете? Я бы даже сказал, с презрением.

– Не понимаю, зачем терпеть, – Ксения мотнула головой так, будто хотела забодать невидимую начальницу расстроенного пассажира.

– А как иначе? Я же говорю: выхода нет. Ни у меня, ни у других.

– Выход есть всегда. Вы, наверное, просто не дошли до ручки. Вот у меня подруга, между прочим, работала экономистом, потом в бухгалтеры переквалифицировалась. У нее начальник был – ну просто оторви и брось. Сволочь последняя. У нее на руках трое детей, так она за копеечку много разных бумаг подписывала, а он потом, чуть что не так, этими бумагами ее шантажировал.

Так и говорил: «Вздумаешь взбрыкнуть – сядешь. А захочешь «по собственному» написать – никто тебя бухгалтером не возьмет. У меня связи». Веди, мол, мою бухгалтерию и терпи хамское обращение. Вот козел! – Ксения нажала на клаксон. – Ну кто так ездит? Всех подрезал, чуть в бок «Мерседесу» не влетел и уехал. Просто придурок! – Она перевела дух.