Зов любви

Ты могла просто попросить, мы бы тебе не отказали, просто проследили и помогли тебе, – строго проговорил отец. – Признайся, это твоих рук дело, то, что у тризара нет малышей и то, что мы не видим, что в его гнезде происходит?

– Милая, еще ты будешь наказана за то, что без спросу взяла конфеты, – вспомнила мать о воровстве.

– Да! – уже по-настоящему расплакалась Ясмина. – Я больше не буду так делать. Только позвольте мне завершить игру, – мать обняла дочь, утишая ее.

– Так какое ты выбираешь для себя строгое наказание? – строго проговорил отец.

– Отправлюсь к прадедушке! – горестно вздохнула она, при этом Светарра с беспокойством посмотрела на мужа. Тот ободряюще ей улыбнулся и мысленно сообщил, что все будет нормально, он позаботиться об этом.

– Хорошо, ты уже присмотрела для него любимую? – спросила Светарра, чтобы ободрить свою малышку. Ей было жаль ее наказывать, но иначе нельзя, проступки очень серьезные. Что может быть хуже вранья и манипуляции родителями.

– Да среди тех, кто мог бы иметь взаимную любовь, есть одна бедняжка, – загорелись глаза малышки.

– Э, нет… дорогая, вначале обед! – пересадила она дочь на ее место за столом. – Или съеденные конфеты аппетит отбили? – строго посмотрела на нее мама, вспомнив не вовремя за конфеты.

Ясмина покраснела, вдруг ей стало стыдно за свое воровство, взмахнула рукой и из пространства выплыла коробка конфет, опустившись на стол.

– Я съела всего лишь одну, – увидев приподнятую бровь матери, добавила. – Не успела больше, хотя очень хотелось, – покраснев, призналась она. – Тризар воззвал, пришлось оставить все и идти на зов.

– Заберешь их собой к прадеду, ты их выстрадала, – рассмеялся отец, потрепав ее по волосам.

После торопливого обеда Ясмина с матерью отправилась в ее «творческую студию», так она называла место, где творила различных существ.

– Ну, что ж выбирай аватар для своей подопечной. Можешь изменить его и наделить его способностями по своему усмотрению.

После она начала с любопытством наблюдать за своей дочерью, которая от усердия высунула кончик язычка и с сопением трудилась. По прошествии времени малышка радостно воскликнула.

– Все готово, можно переселять ее душу.