Эразм

Эразм

Александр Владимирович Андреев

Давно лежала в черновиках история, по задумке почти роман. По здравому размышлению, роман мне никак не вытянуть. Так что перед вами то, что получилось. Фэнтезийная сказка, без подтекстов и намеков, но (надеюсь) с узнаваемыми человеческими чувствами, размером с повесть. Или просто большой рассказ.

Александр Андреев

Эразм

Глава 1.

Эразм сидел на вершине мрачного утеса и предавался думам. Вот уже который час прошел, отбушевал яркими красками закат, и огненный шар Солнца привычно скатился за линию горизонта, а подросток все не уходил со скалы.

Тени на берегу удлинились и, наконец, слились в одно темное покрывало, укрывшее землю. Покрывало ожило, двинулось в наступление на морскую гладь, и вскоре безраздельно царило над обеими стихиями. Звезды не замедлили зажечь холодные огни в положенный им срок. И теперь отрок любовался на бескрайнее небо. Вверху – безмятежно-спокойное, далекое и недосягаемо-бесстрастное. Внизу – таящее в себе неистовую силу, готовое в любой момент пойти сильной рябью и потушить только что дерзко украденные у тверди звезды.

Шаркающие шаги за спиной вывели его из глубокой задумчивости. Юноша потянулся было к кинжалу, небрежно заткнутому за пояс, но тотчас же вернул руку на шершавый камень, который служил ему подлокотником. Наемный убийца, подкрадывающийся во тьме к наследнику престола – более чем возможная будущность. Но только не сегодня. И потом, убийцам положено возникать внезапно, а не предупреждать о своем визите загодя тяжким старческим покряхтыванием.

Эразм знал наверняка, кто нарушил его уединение.

Добравшийся до вершины утеса еще долго стоял молча. Может быть, восстанавливал дыхание после нелегкого подъема, уговаривая сердце не стучать так сильно в ушах, не наполнять колокольным звоном голову. А может быть, просто любовался бархатным шатром южной ночи, щедро приютившей под своим пологом и благородного юного господина и пожилого звездочета.

Как бы то ни было, голос, разорвавший тишину, прозвучал сильно и, пожалуй, даже мелодично:

– Мой повелитель, они не прибудут.

– Неужели? – наигранно-удивленно отозвался юноша. Впрочем, в интонации угадывалась скорее печаль, нежели надменная снисходительность.

– К сожалению, это так, – в тон ему отозвался пришедший.

– Что же мне делать, Джи-у-Кер?

Старику понравилось, как прозвучал вопрос. Не было в голосе вопрошавшего ни горечи, ни отчаянья, ни обреченности.