Плохая

Поэтому я стояла в полном одиночестве с веником из гладиолусов в руках среди будущих одноклассников, окружённых родными и близкими. Мне было обидно, и я изо всех сил старалась не расплакаться при виде улыбающихся вокруг лиц. У всех был праздник, кроме меня.

В школе мне сначала понравилось. Я быстро поняла, что там достаточно быть послушной, не перечить взрослым, отвечать быстро и чётко на заданные вопросы. Это я умела. Особенно меня заинтересовало обещание, что если учиться на “отлично”, то в совокупности с достойным поведением это гарантировало тебе место среди хороших детей, которыми будет гордиться семья и школа.

Я решила, что всенепременно стану одной из таких учеников.

Моя первая учительница – Марина Васильевна – была крупной и строгой женщиной. Она возвышалась над хрупкими фигурками учеников и могла одним взглядом пресечь баловство. Но больше всего мне внушала ужас её длинная железная линейка, которой она била по рукам нерадивых учеников, не понимающих, как надо вести себя во время уроков.

Мне никогда не довелось ощутить удар линейкой на себе, но я всё равно могла детально представить боль и холод от железа на своих пальцах.

Учителя меня обманули – это я поняла к концу первого класса. Несмотря на получаемые мной многочисленные пятёрки, никто не стал мной гордиться. Сей факт воспринимался, как норма, и не вызывал никаких эмоций ни у моих родителей, ни, собственно, у Марины Васильевны. Поэтому к концу начальной школы я перестала быть отличницей, скатившись в твёрдые хорошистки.

Этому, правда, предшествовало одно событие. Где-то в середине третьего класса у меня начало портиться зрение. Естественно я никому об этом не сказала. Меня пугала перспектива, во-первых, стать объектом дополнительных насмешек одноклассников, от которых всегда сильно доставалось очкарикам. Во-вторых, одна девочка, с детства носящая очки, сказала, что их выписывает специальный врач – окулист, к которому нужно идти на приём. А это означало, что маме придётся отпрашиваться с работы, чтобы отвезти меня в поликлинику, да ещё и покупать очки.

Увы, Марина Васильевна поняла, что у меня проблемы со зрением, так как я перестала видеть линии и клетки в тетрадях и писала как попало. Учительница незамедлительно поставила в известность родителей о моей проблеме, и мама отвела меня к окулисту.

К моему ужасу, мне не просто прописали носить очки. Милая врач сказала, что моё зрение ещё можно попробовать исправить с помощью специальных упражнений.