Нокаут

Мама поделилась еще одним соображением, которое мне самой в голову не приходило:

– А если ты за Артура выйдешь, то тебя никто не упрекнет, что твоя мать не замужем и ведет слишком свободный образ жизни. Его мать такая же.

Вскоре появился Артур и сообщил маме:

– Я собираюсь жениться на Оксане!

Мама предложила дождаться восемнадцатилетия, но он ответил:

– Нет, восемнадцать лет Оксаны мы будем отмечать в нашем с ней доме, а свадьба состоится в сентябре. И я не против, чтобы моя жена поступала в институт заочно.

Вот это очень меня устраивало, я ведь не знала, что и эта моя надежда в скором времени рухнет.

Вскоре явились сваты – Маргарита, мать Артура, ее сестра Нонна и покровитель Маргариты, туркмен, с которым она жила. Мама и Джамал накрыли роскошный стол, удивив будущих родственников гостеприимностью. Встреча выглядела очень достойно, мама дала свое благословение на брак, и я стала частью семьи своего жениха. То есть это мне так представлялось. С тех пор я передавала Маргарите испеченные для нее торты, участвовала в семейных событиях.

Я вела себя так, как считала правильным, а ведь Джамал, который всю жизнь прожил в Мары, предупреждал, что с этими людьми не стоит связываться:

– Оксана, семья Артура неблагополучная! Один его дядя – алкоголик, другой – уголовник. Тетка в четырнадцать лет забеременела не поймешь от кого, с любовниками живет. А Маргарита и сына, и дочку на своих родителей бросила, а сама то замуж выходила, то с кем?то жила. Она со своей дочерью познакомилась, когда та уже в школу пошла! Ритка хоть работать начала: сожитель устроил ее в оптику.

Она курсы окончила и теперь сидит стекла для очков выпиливает. Но вообще, семья оторви да выбрось!

Особого впечатления эти сведения на меня не произвели. Артур ведь рассказывал о том, как к нему мать относилась, так чего еще ждать? Да и какое это имеет к Артуру отношение? Он самостоятельный взрослый человек, он совсем другой.

Свадьба наша должна была состояться в сентябре, но незадолго до события умер отец Маргариты, дедушка Курбан.

Ему было девяносто семь лет, он прожил хорошую жизнь, и мужчины-мусульмане сказали, что в таких случаях траур соблюдается не больше месяца. Однако Маргарита, которая меня уже невзлюбила, сумела оттянуть дату свадьбы до декабря. Моя семья и я не возражали: в их доме горе, нам не следует вмешиваться.

На похороны дедушки Курбана собралось человек пятьсот, я тоже была – в качестве судомойки в основном.