Нокаут

Занимаясь единоборствами, я как?то попросила Алевтину надеть кимоно и помочь мне отработать некоторые приемы. Сестра от ужаса только запищала:

– Ни за что! Никогда! Ты с ума сошла?!

Зато в клубе единоборств, который располагался на территории УВД в самом центре города, у меня не было проблем со спаррингом: вместе со мной на тренировки ходили два мальчика и три девочки, с которыми мы учились в Школе юного юриста. Собственно, преподаватели Школы и направили нас на татами именно в этот клуб. Вот эти ребята стали моей компанией.

Мы вместе готовились к поступлению в вуз, тренировались, да и просто любили поболтать после занятий за чашечкой чая с тортиком, испеченным, естественно, мной.

Мои увлечения отражались и на моем внешнем виде. В то время мне нравилась музыка Майкла Джексона, а вместе с ней и его неповторимый стиль, который я как могла перенимала – белые носочки, черные туфли, джинсы и мамин плащ… На руке я носила браслет из лезвий, сделанный своими руками. Вещица опасная, запрещенная, но добавлявшая уверенности в себе и своих силах.

В общем, Майкл Джексон и Брюс Ли в одном лице!

Я носила своевольные кудряшки, яркую и привлекающую внимание одежду, что меня не смущало, потому что так выражалась моя индивидуальность. Мне нравилось носить украшения, нравилось быть заметной на общем сером фоне. Но – попрошу заметить! – меня интересовали не мальчики, не от них мне хотелось получать комплименты. Мои амбиции были куда масштабнее: я мечтала, чтобы мной восхищался весь мир!

Гадкий утенок ушел в прошлое, я распустила крылья, и тогда?то родственники принялись шутить:

– Ну вот, Оксана у нас теперь лебедь!

В этой шутке содержалась значительная доля правды.

Девушка, умевшая постоять за себя

В свои пятнадцать-шестнадцать лет я отлично понимала, что в этой жизни придется защищаться самостоятельно, не ожидая поддержки и помощи от окружающих. Мужчин у нас в семье не было, ведь дядя Джамал не стал нашим отчимом. Маму занимала только ее собственная жизнь, рассчитывать на нее не имело смысла.

На сестру – тем более, а учитывая, какой неженкой она была, скорее мне бы пришлось ее защищать. А однажды почти так и случилось – я постояла за нашу с сестрой честь, но, кажется, немного перестаралась…

…Не могу вспомнить точную дату этого события, знаю только, что мне было лет шестнадцать, а Але, соответственно, на год больше. В один прекрасный вечер к маме пришла подруга и немного засиделась.