Наши сны. Сборник рассказов

Опустив хвосты, они внимательно стали вслушиваться в утро, но всё было спокойно. Лишь заливались, обрадованные первыми лучами солнца, птицы. Терпения тетеревам хватило всего на пару минут, после чего они снова, распустив хвосты и, растопырив крылья, «забормотали».

А Николай направлялся к байдарке. Нужно было поторапливаться. Первые лучи солнца уже коснулись верхушек деревьев. Нужно было спешить в разливы. Он хотел отстоять пару-тройку часов, а потом – возвратиться к палатке, собрать вещи и сплавиться по речке до деревни, где пару дней назад оставил машину.

Николай достал из кустов байдарку, вывел её в протоку, а оттуда – в реку. Течение быстро понесло лёгкое судёнышко. Ему приходилось только держать её в нужном направлении. Весло стучало по бортам «Таймени». Иногда под лопастями «вскипала» вода, когда приходилось табанить. Утки взлетали совсем рядом. Скоростное судёнышко заставало их врасплох. Охотник знал: это – не его утки. Стрелять и управлять байдаркой одновременно на быстрой весенней речке невозможно, да и не хотелось ему раньше времени нарушать эту утреннюю тишину громом своей двустволки.

Вот и нужное ответвление в разливы. Он на скорости проскочил мель и усердно загрёб, чтобы выскочить на более глубокое место. С грохотом поднялась стая свиязей и несколько пар чирков-трескунов и широконосок. Солнце уже томно висело над горизонтом. Утки, как истребители, рассекали воздух. Бекасы входили в пике с зудящим дребезжанием. Николай подплыл к облюбованной им косе, вылез из байдарки, протащил её на сухое место и перевернул.

Весло хоть и было когда-то покрашено в зелёный цвет, поободралось, поэтому всё равно бликовало. Он подсунул его под байдарку.

Его приближение к подготовленному шалашу не осталось незамеченным. За полосой кустов, росших вдоль канавы, поднялись семь гусей. Утки, сидевшие на луже, возле которой он собрался отстоять зорьку, тоже улетели, но не все сразу, а, видимо, по мере просыпания. Шалаш, сделанный вчера, не был шалашом в прямом смысле этого слова.

Это просто была стена из воткнутых ивовых веток, за которой он и стоял. Позади него были кусты с канавой. Охотник неспроста выбрал это место. В сплошной полосе из кустов, росших вдоль канавы, был разрыв метров тридцать длиной. Над ним-то, как в коридоре, и пролетали утки.

Первыми гостями над его головой были большие веретенники. Парочка этих крупных куликов с рыжими грудками летели как на стендовой стрельбе.