Мой роман «Тёмное Пламя» (Книга о книге). Книга первая

Вот оно:

«Красота – это правильная линия в единстве и борьбе противоположностей, та самая середина между двумя сторонами всякого явления, всякой вещи, которую видели ещё древние греки и назвали аристон – наилучшим, считая синонимом этого слова меру, точнее – чувство меры. Я представляю себе эту меру чем-то крайне тонким – лезвием бритвы, потому что найти её, осуществить, соблюсти нередко так же трудно, как пройти по лезвию бритвы, почти не видимому из-за чрезвычайной остроты».

То есть, под красотой Иван Ефремов, и, видимо, не только Иван Ефремов, но и все сторонники данной неизвестной мне теории, понимали целесообразность – доведённую до совершенства.

Если красота объективная реальность и является тем самым золотым сечением, о котором так много говорят, не в силах толком сформулировать, что это такое, то она действительно подходит на роль идеала более высокого, чем гуманизм.

У любой объективной реальности, а не субъективных выдумок, аналогичных добру и злу, всегда есть свои закономерности. То есть законы прекрасного, или законы совершенствования, равно как и законы уродливого, или законы деградации существуют объективно, и поддаются научному открытию и всё более глубокому научному исследованию. А это меняет абсолютно всё, призыв, как его однажды сформулировал один юморист: «Трави бобров на всей земле! Трави бобров, хорькам на радость!», безусловно, глупость, можно сказать и так – глупость Будды и Иисуса Христа, ошибки не будет.

И человечеству нужно совершенно другое. Ему нужна полная смена научной парадигмы. Прежде всего, учёным нужно понять, что красота объективно главная драгоценность в известной нам реальности, и нужно фундаментальное научное изучение красоты и законов прекрасного, которые, впрочем, для начала, нужно открыть. Равно как, не менее важно и изучение законов деградации.

Очевиднейшая вещь – цель эволюции – совершенствование, становилась видна в совершенно другом и чрезвычайно важном и чрезвычайно интересном ракурсе. Равно как из этого чётко вытекала антиэнтропийная функция красоты, и становилось ясно, что антиэнтропийная функция жизни и сознания, только часть этой функции.

Равно как и становилось ясно, и в чём главная ошибка К.