Мёртвая и Живой

Нет ни племянников, ни детей, ни внуков.

Какие еще родственники понадобились Ияри? Все давно переписаны и бережно составлены (не боги, а их перепись) в подземных схронах зиккурата.

Раман решил – пора навести порядок и возвращаться в зиккурат. Он проверил колонны с табличками богов трижды и не нашел ничего нового. Убирая в ниши клинопись, Раман торопился. Неловко дернув рукой, задел один из камней в кладке и на голову полетели все только что убранные таблички с переписью заколок, подаренных тринадцати дочерям Индиллима.

Пытаясь поймать глину, чтобы та не расколотилась, Раман не сразу заметил открывшуюся нишу. Он убрал драгоценные сведения о безделушках на место, и когда поднял с пола лампу с маслом оливы, заметил образовавшуюся пустоту.

– Что?.. А это здесь откуда?

Посветив лампадкой, Раман уткнулся в щель чуть ли не носом, когда из нее выполз скорпион.

– Да ну тебя! – собирался смахнуть членистоногое Раман, но увидел, что панцирь того абсолютно белый.

– Ты что, тоже альбинос? Как я и дети в Африке, – вспомнил он рассказ Ияри, что услышал еще ребенком о приносимых в жертву альбиносах ради цвета их кожи.

Скорпион поднялся вверх по камню, продолжая наблюдать за происходящим.

Где-то в глубине разума Рамана мелькнула светлая мыслишка – не нужно лезть пальцами в щель.

Если внутри сидит белый скорпион, если лаз замурован, если он был спрятан в царском зале среди, казалось бы, скучных и никому не интересных сведений – все это означало, что тот, кто создал нишу не желал, чтобы какой-нибудь мальчишка обнаружил потаённых внутри секрет.

Жаль только, что создатель ниши не учел, что любой мальчишка не в состоянии стерпеть, если речь идет о секрете. Тем более столь любопытный и пытливый умом эблаит, коим вырос Раман, обученный Ияри: «проверяй знание опытом».

Так учил мудрец, а кто такой Раман, чтобы не соглашаться со старцем.

Сунув руку, Раман ощупывал нишу ради опыта и потом уже из-за любопытства.

– Зачем прятать камень? – удивился Раман и попробовал подцепить ногтями тот, что малость шевелился.

Камень поддался и полностью вышел из схрона. Оказалось, что он был ровной прямоугольной формы, и совсем не был камнем, а был такой же, как остальные, глиняной табличкой.

Почти, как остальные.

Раман подсветил находку, заметив вкрапления золотого и бирюзового по углам.