«Однажды ночью я увидел вечность…» Английские стихотворения XVI–XVII веков / I saw Eternity the other night…

/ беда, бедствие, зло /= harm/),

And thus I see among these pleasant things (и таким образом я вижу, как среди всех этих отрадных вещей/существ; thus [ðʌs] – так, таким образом; pleasant ['plez(ə)nt] – приятный; радостный; милый, славный; thing – вещь; существо)

Each care decays (каждая забота исчезает; to decay [dɪ'keɪ] – гнить, разлагаться; разрушаться, ветшать; угасать, иссякать), and yet my sorrow springs (и лишь: «однако/все же» моя печаль прорастает).

The soote season that bud and bloom forth brings

With green hath clad the hill and eke the vale.

The nightingale with feathers new she sings,

The turtle to her make hath told her tale.

Summer is come, for every spray now springs;

The hart hath hung his old head on the pale;

The buck in brake his winter coat he flings;

The fishes flete with new-repairГЁd scale;

The adder all her slough away she slings;

The swift swallow pursueth the fliГЁs small;

The busy bee her honey now she mings.

Winter is worn, that was the flowers’ bale,

And thus I see among these pleasant things

Each care decays, and yet my sorrow springs.

George Gascoigne[9 - Джордж Гаскойн.]

(1534–1577)

Gascoigne’s Lullaby

(Колыбельная Гаскойна[10 - Вариант названия: The Lullaby of a Lover (Колыбельная любовника).

Sing lullaby, as women do (спой колыбельную, как поют женщины; lullaby ['lʌləbaɪ] – колыбельная /песня/; сравните: to lull [lʌl] – убаюкивать + bye-bye),

Wherewith they bring their babes to rest (которой они успокаивают своих младенцев: «приводят их младенцев к покою»; wherewith [weə'wɪθ] – посредством чего),

And lullaby can I sing too (и колыбельную я могу спеть тоже)

As womanly as can the best (столь же по-женски/нежно, как могут самые лучшие /из них/; womanly ['wʋmənlɪ] – женственный; мягкий, нежный).