Пловец Снов

Пусть всё так и останется, ладно?

«А может, ей на психолога пойти? Хорошая профессия для девочки», – подумал Горенов.

– Хоть кто он?

– Тренер по йоге.

«Грехи мои тяжкие…»

– Сильно старше тебя?

– Нет.

– Насколько?

– Папа… – ответила она с раздражением, но сразу успокоилась. – Не сильно.

– Сильно младше меня?

– Конечно, – Лена улыбнулась.

– Мужчина-йог? – всё-таки не удержался Георгий и, поморщившись, покачал головой.

– Не йог, а тренер по йоге. Два года назад он весил больше ста килограммов, но смог похудеть и привести себя в форму.

Он полностью владеет телом.

«Чьим?» Нет, про дочь так шутить нельзя.

– Ты нас познакомишь?

– Нет.

– Почему?

– Потому что мы с ним больше не вместе, Сом. Но ты можешь сходить к нему на тренировку и отстань от меня, пожалуйста.

А действительно, что он, собственно, прицепился? В Горенове будто начал действовать яд Надежды, её упрёка. Главное, парень примерно ровесник, а значит, Лена умнее, она всё сделает правильно.

Тем более, похоже, уже и делать ничего не надо. Молодец! Йог, конечно, не пара.

Однако после всех этих разговоров сосредоточиться на книге G уже не получалось. До вечера Георгий пытался что-то редактировать, но заменил лишь несколько слов и добавил десяток запятых. Все точки остались на своих местах, их количество даже немного приросло, поскольку отдельные восклицательные знаки лишились летящих вверх капель. Это были слёзы наоборот, а лишние эмоции не нужны.

Завтра должно стать ясно, положит ли заветная, торжественно продиктованная ему «чёрная луна» начало чему-то важному или… Думать про «или» было слишком тяжело.

Он волновался до самого утра. Заснул с большим трудом, проснулся позже и, уходя, то ли забыл, то ли не успел побриться.

6

Горенов опаздывал, но всё равно отправился в путь пешком. Когда его спрашивали, почему он так много ходит, Георгий отшучивался. Отвечал либо: «Потому что нельзя плыть», либо, что экономит на проезде.

Зачем объяснять? Дураки верили. Но, вообще, кто знает, может, именно из-за того, что он почти никогда не пользовался наземным общественным транспортом, ему и не доставались счастливые билеты?

По дороге в издательство Горенов думал, отчего вся его теперешняя жизнь проходит в разговорах и размышлениях, а не в действиях и событиях. Раньше в ней случалось то, что потом было волнительно вспоминать. Как правило, все такие вещи оказывались связанными с морем.