Ярославль. Сорок тысяч слов о любви

– Чем больше город, тем меньше людям дела друг до друга.

– Но я и в Москве такого не видела. А здесь почти каждый день. Даже свои типы есть.

– Типы чего?

– Ярославских уличных поцелуев. Смотри: это тип номер один: «Кролик и удав». Он её обхватил всем, чем только можно, того и гляди съест.

Годунов посмеивался.

– Знаешь, так удивительно, что бабушка рассказала всё это сейчас. Она никогда ничего такого не говорила. И мама тоже. Такая история, и столько лет молчать.

– Ничего удивительного. Во-первых, в их времена не принято было рассказывать всем подряд, как ты забеременела без штампа в паспорте.

Странно как раз то, что всё же рассказала. А, во-вторых, скорее всего, никто и не спрашивал. Для того, чтобы знать, нужно интересоваться. А люди обычно заняты только собой, другие им по барабану.

– А знаешь, я бы хотела, чтобы ты показал мне город.

– Ты точно этого хочешь?

Вера кивнула.

– Но я не экскурсовод.

– Ты же столько знаешь.

– Хорошо. Но это будет не совсем экскурсия.

– А что?

– Тебе придётся довериться. Готова?

– Да, – беспечно сказала Вера. – Я готова.

Они вышли на улицу Свободы и зашли в бар. Тотчас же перед ними вырос молодой высокий бармен: «Что будете?»

– Плесни нам чего-нибудь покрепче.

– Виски, коньяк, ром, водка, текила?

– На твой выбор. Что-нибудь, чтобы не очень дорого и согреться. Мы выпьем по рюмашке и пойдем дальше. Холодает.

– Понял, – бармен исчез и тут же вернулся с двумя стаканами, на дне которых плескалась мутноватая жидкость.

Рядом со стаканами бармен поставил блюдце с лимоном и горочкой соли.

– Что это? – спросила Вера, принюхиваясь.

– Вероятно, текила. Но это неважно.

– Почему?

– Такие правила, – Годунов поднял свой стакан.

Вера сделала то же самое. Они выпили. Годунов сразу расплатился, и они вновь вышли на улицу Свободы. Впереди виднелась башня – белый кирпичный куб с зубцами наверху и аркой у основания.

– А вот теперь слушай. Это Власьевская башня. Когда-то здесь была граница города – земляной вал со стенами и башнями.

Под Власьевской был главный въезд в город, ворота. Видишь арку? Через неё и попадали в Ярославль, и мы сейчас попадём.

Годунов рассказывал, что башню назвали по соседней церкви святого Власия. В советское время церковь снесли, на её месте построили гостиницу.

Годунов говорил ровно, без эмоций, не подбирая слова, Вера внимательно слушала. Они прошли по пешеходному переходу и приблизились к арке в башне.