Верни мне мой 2007-й

Скины стояли, насупившись, чуть позади своего лидера. Тот, это было видно по напряженной позе, едва сдерживался от желания ударить девушку в следующую секунду. Я, насколько бы мне ни претила сама мысль драться с группой здоровых качков, готовился именно к этому. Антон нервно переводил взгляд по сторонам. Натка внимательно смотрела в глаза оппоненту. Очень спокойно и не моргая.

– Да, баллончик достать успею, – она прервала молчание, – а травмата у меня нет.

«Мелкий» ничего не ответил, но во взгляде его возникло непонимание.

– Не-а, связей тоже нету. Знаю, ты сейчас не можешь решить – сильно или нет меня ударить. Тебя в детстве не учили, что бить девушек плохо?

«Мелкий» в недоумении уставился на Натку. Тут подал голос один из его компаньонов:

– Фриц, идем. Эту я знаю, у нас матери знакомы.

Девушка повернулась к говорившему и улыбнулась:

– Никита, привет! Сразу и не узнала. На каток пойдешь вечером?

Парень ничего не сказал, только отвел хмурый взгляд.

Антон заговорил первым:

– Привет! Это что за херня щас была? Ты о чем вообще с ним тёрла? Извини, я просто немного в шоке от этой сцены.

Натка взяла с лавки пакетик с картошкой фри и съела пару ломтиков.

– Вы всё слышали вроде.

Антон не унимался:

– Да, только не поняли нифига! – Он повернулся ко мне: – Ты понял, что случилось?

Я никому не говорил о странных способностях Натки, решив и дальше не распространяться на эту тему.

– Да ничего особенного, повезло нам, что ребята знакомы оказались. – Я сказал это как можно более пренебрежительно.

Антон вдруг быстро глянул на часы и поспешил попрощаться:

– Так, ладно, электричка у меня. Всё, пока. Спасибо, что выручила. Увидимся!

Девушка в ответ пожала плечами:

– Вполне вероятно. Пока.

Антон протянул мне руку и побежал к метро, предварительно убедившись, что наши недавние собеседники удалились.

– А говорила, здесь не бываешь.

– Да так и есть, не захожу сюда. Сегодня просто была в книжном рядом, решила до «Пушки» пройтись. А тут вас увидела. Так получилось.

Натка вроде бы была рада встрече. Она улыбалась уголками глаз, хотя в целом лицо оставалось нейтральным. Как Мона Лиза.

– Ну, как дела у тебя? – спросила она.