Одинокий потомок

Малышка вцепилась в мои плечи, словно испугалась, что я ее уроню . Но я ни за что бы не отпустил.

Мы помчались в лес. Ноги цеплялись за сухие ветки и корни деревьев. Трава была почти по пояс. Я спотыкался, но продолжал бежать, прижимая Ксюшу к груди.

И вот, наконец, лес. Деревья в нем росли так густо, что, казалось, сама природа решила нам помочь.

Мы скрылись в чаще, когда услышали звуки взрыва. Я резко остановился. Саша, который бежал позади, врезался в мою спину. Я этого даже не почувствовал. Потому что узнал крик раненого зверя – папа.

Я заметил его сквозь крохотный просвет между деревьями. Он стоял на коленях и держал в руках женское тело. Мама. Я даже отсюда мог разглядеть дыру в ее груди размером с кулак. Кровь стекала по штанам отца и собиралась в лужу.

– Мамочка, – прошептал Саша и дернулся вперед, но я успел схватить его за запястье.

Брат взглянул на меня глазами, полными слез. Я смог лишь помотать головой. Горло словно сдавили тиски. Дыхание застряло в груди. Я старался держаться ради брата и сестры, но стоять и смотреть, как какой-то мужчина подходит к отцу и направляет на него пистолет…

Ксюша захныкала, и я закрыл ей ладонью глаза.

Отец поднял голову. Убийца вздрогнул. Один миг, и отец обратился. Белый медведь с головой волка бросился на своего палача и впился зубами в его горло. До нас снова донесся душераздирающий крик, но принадлежал он уже не отцу.

Женщина в черном костюме выскочила из внедорожника и подняла пистолет.

Выстрел. Всего один. И мой мир, словно стеклянный снежный шар, разлетелся на небольшие кусочки.

Тело отца рухнуло на землю, а в моей голове прозвучал звон. Осколки от прежней жизни впились в сердце, оставляя после себя раны, которые никогда не затянутся.

Горячие слезы сестры капали мне на руку. Наверное, они были той же температуры, что и кровь отца. Она вытекала из его головы и смешивалась с кровью матери. Они даже после смерти тянулись друг к другу.

Я не мог оторвать взгляда от отца. Его голова была повернута в нашу сторону: даже в последний момент своей жизни он хотел убедиться, что дети в безопасности.

Помутневшие глаза будто молили нас бежать и не останавливаться. Единственным его желанием было защитить нас. Он даже пожертвовал своей жизнью. Мама тоже…

Женщина, которая выстрелила в отца, подошла к своему напарнику и проверила его пульс. Возле нее остановились еще три человека, и выглядели они также – никаких красок. Лишь черные тени. Женщина помотала головой.

– Нам нужно идти.