Мастер Го

– Очевидные, не спорю, – он недовольно покачал головой. – Мы начали с простого, и теперь приближаемся к сложному. Третья точка, излучающая свет, может находиться и снаружи и внутри тебя. Если она находится внутри, то для того, чтобы видеть, не нужен внешний свет. Тогда можно видеть всё.

– Это как? – теперь я явно не поспел за полётом его объяснения.

– Я не могу объяснить тебе, как это происходит. Могу лишь сказать, что этому можно научиться. И в этом состоит первая задача учения. Если ты можешь видеть, то ты игрок.

– А если я ничего не вижу? – спросил я, удивившись своему вопросу. – Наверное, это неточный вопрос… – я попытался исправить положение.

– Если ты не видишь, то ты играешь по чужому лекалу. Например, по лекалу мрака, – невозмутимо продолжил Учитель. – Это очень опасная игра, подобно тому, как гулять в городе с повязкой на глазах.

– Зеркало души? – пробормотал я про себя, вспомнив банальный афоризм.

– Зеркало, но и при этом – источник света. Правда, этим светом нужно ещё овладеть.

– В каком смысле овладеть? – я всё меньше понимал наш разговор.

– В том смысле, что ты либо владеешь собой, либо тобой владеет всякий, кому не лень. Тогда ты зависишь от внешнего, от чужого. Как работает обычное зрение? Есть свет – есть зрение, нет света – нет зрения.

– Но разве может быть иначе?

– Может? – Учитель удивлённо посмотрел на меня. – Я же только что говорил тебе о внутреннем свете, который делает возможным видение.

– Ну да, всё верно… – я попытался собрать свои мысли в кулак.

– Играть можно, только используя глаза.

– Понятное дело, – разговор перешёл в новую фазу упрощения, и я почувствовал себя увереннее.

– Но глаза сначала нужно найти, – Учитель внимательно посмотрел на меня. – Глаза нужно искать, и найдя их – оберегать.

Настал вечер. Мы отведали очень вкусный суп, который он сварил на родниковой воде. Я сидел, привалившись спиной к кухонной перегородке в его городской квартире. Сегодняшний день так много поднял во мне всевозможных эмоций, что я чувствовал себя одновременно и опустошённым, и разобранным на части. Мои щёки горели. Это была реакция на кислород. Какая то мысль казалось потерянной. Я никак не мог её отыскать, но и успокоиться по её поводу тоже не мог.