Беги

У неё была великолепная укладка в виде идеальных локонов двух оттенков, благородного шоколадного и песочного, туфли «Гуччи», плащ «Барберри» и сумка «Луи Виттон». Кристина больше походила на модель, сошедшую с рекламы в глянце, нежели на юриста, которым являлась.

Приятельницы радостно приветствовали друг друга поцелуем в каждую щёку. Двойной, а не тройной поцелуй давно стал естественной, привычной для Италии традицией.

Пока Снежана аккуратно развешивала плащ на вешалке, Кристина, небрежно кинув пальто на спинку стула, вытащила из сумки красный свёрток и протянула Аните:

– С днём рождения, дорогая! Это от нас обеих.

Внутри оказались духи. Анита не удержалась, вынула красивый флакон из коробки, сбрызнула шею и волосы, и девушек накрыла цветочная волна.

Анита закрыла от удовольствия глаза. Последний раз она покупала себе парфюм ещё до свадьбы, потом перестала: не было такого аромата, который бы не вызывал головную боль у её мужа.

– Спасибо большое, вы меня балуете, – обрадовалась Анита.

– Мы подумали, что нишевая парфюмерия Бруно понравится больше: там внутри всё натуральное, без всяких раздражающих примесей, – усмехнулась Кристина.

– Кстати, о раздражителях, а муж как тебя баловать собирается? – промурлыкала Снежана.

– Не знаю, может, в пиццерию сходим, – сказала Анита быстро, избегая взгляда подруги.

Снежана подняла свои пудровые, идеальной формы брови.

У Кристины зазвонил телефон.

– Да, да, хорошо, Франческо, я поняла, – громко ответила она.

– Как твоё дыхание маткой? – Снежана решила промолчать по поводу этого «в пиццерию сходим».

Анита начала взахлёб рассказывать о маточном дыхании.

– Девочки, давайте вместе ходить, а? Первая лекция бесплатно. Я себя чувствую та-а-акой вдохновлённой, – она блаженно улыбнулась.

Кристина закончила разговор и бросила телефон на стол.

– Простите, девочки, у меня бесконечные разговоры с Франческо. Он всё твердит «побудь в декрете, побудь в декрете», – Кристина закатила глаза, – а у меня там такие интриги, как оставить? – Телефон завибрировал.

– Сколько сейчас Софии? – поинтересовалась Анита.

Кристина прекрасно поняла, почему она задала этот вопрос.

– Софии полгода, – деловито побарабанила она пальцами по столу, – в ясли отдавать рановато.