Рак лечится Любовью

И я люблю тебя, моя красавица! Помни об этом!

Его обветренные шершавые губы нежно коснулись моей щеки и в следующее мгновение крепкие отцовские руки бережно и одновременно сильно подкинули меня вверх, в синее небо…

Я резко открыла глаза и сразу не поняла, где я и что со мной. Туманным взглядом обвела комнату, постепенно возвращаясь в реальность. Машинально поднесла руку к щеке – она была слегка влажная от отцовского поцелуя.

Короткий пятнадцатиминутный сон, очень похожий на реальность, вдохнул в меня новые силы.

До отъезда оставалось всего ничего – поезд отправлялся рано утром.

Ночную тишину взорвал телефонный звонок. Я первая подскочила к аппарату, желая сберечь детский сон, рывком схватила трубку. В трубке мужской голос вежливо извинился за поздний звонок и попросил Алексея Демьяновича. Тот полусонный уже спешил к телефону. Начал слушать и сразу проснулся.

– Тудыт твою в качелю! – рявкнул он своим громогласным голосом. – А другой врач её может взять? – опомнившись, спросил Алексей и внимательно прислушался к собеседнику на другом конце провода. – Да твою ж мать нехай! – опять не сдержался он. – Мы ж билет купили, уже выезжать собрались, настроились… – продолжал муж. – Переписать на другую дату?! Через месяц?! А что с ней через месяц станется, ты понимаешь, сукин ты сын! – продолжал негодовать, как разъярённый лев, Алексей. – Да понимаю я всё, и ты ж меня пойми! – слегка успокаиваясь, продолжал свой неспокойный диалог муж.

Помолчал.

– У хирурга мать умерла, тот на похороны уехал. Так что поездка отменяется, – отрубил он и пошёл курить в туалет.

Ещё в ходе разговора я поняла, что сегодня в Сыктывкар я не поеду. А детали ночного диалога лишь поясняли, почему.

– Ну почему именно сейчас у врача умерла мама?! Ну почему именно сейчас, когда я уже на чемоданах сижу?! – в сердцах воскликнула я, поднимая глаза вверх и обращаясь к кому-то невидимому.

– Потому, что ты – невезучая, – ехидно прозвучал ответ в моей голове. – Родилась под несчастливой звездой, вот и валятся на тебя все несчастья этого мира! – продолжал вещать голос. – Видишь, и не муж, и не отец не смогли тебе помочь, хоть и обещали.

– Они сделали всё, что могли, – попыталась я вступиться за близких мужчин.