Черный тюльпан

Ведь это окно камеры, в которой был заключен Корнель?

Действительно, какой-то мужчина ожесточенно выламывал железную решетку в окне камеры Корнеля, которую последний покинул минут десять назад.

– Удрал! Удрал! – кричал мужчина. – Его здесь больше нет!

– Как нет? – спрашивали с улицы те, которые пришли последними и не могли уже попасть в тюрьму – настолько она была переполнена.

– Его нет, его нет! – повторял яростно мужчина. – Его здесь нет, он скрылся!

– Что он сказал? – спросил, побледнев, молодой человек, тот, кого называли высочеством.

– О, монсеньор, то, что он сказал, было бы великим счастьем, если бы только было правдой.

– Да, конечно, это было бы большим счастьем, если бы это было так, – заметил молодой человек. – К несчастью, этого не может быть.

– Однако же посмотрите, – сказал офицер.

В окнах тюрьмы показались и другие разъяренные лица, они от злости скрежетали зубами и кричали:

– Спасся, убежал! Ему помогли скрыться!

Оставшаяся на улице толпа со страшными проклятьями повторяла: «Спаслись! Бежали! Скорее за ними! Надо их догнать!»

– Монсеньор, – сказал офицер, – Корнель де Витт, кажется, действительно спасся.

– Да, из тюрьмы, пожалуй, но из города он еще не убежал, – ответил молодой человек. – Вы увидите, ван Декен, что ворота, которые несчастный рассчитывал найти открытыми, будут закрыты.

– А разве был дан приказ закрыть городские заставы, монсеньор?

– Нет, я не думаю. Кто мог бы дать подобный приказ?

– Так почему же вы так думаете?

– Бывают роковые случайности, – небрежно ответил молодой человек, – и самые великие люди иногда падают жертвой таких случайностей.

При этих словах офицер почувствовал, как по всем жилам его прошла дрожь; он понял, что так или иначе, а заключенный погиб.

В этот момент, точно удар грома, разразился неистовый рев толпы, убедившейся, что Корнеля де Витта в тюрьме больше нет.

Корнель и Ян тем временем выехали на широкую улицу, которая вела к Толь-Геку, и приказали кучеру ехать несколько тише, чтобы их карета не вызвала никаких подозрений.

Но когда кучер доехал до середины улицы, когда он увидел издали заставу, когда он почувствовал, что тюрьма и смерть позади него, а впереди свобода и жизнь, он пренебрег мерами предосторожности и пустил лошадей во всю прыть.

Вдруг он остановился.

– Что случилось? – спросил Ян, высунув голову из окна кареты.

– О, сударь! – воскликнул кучер. – Здесь…

От волнения он не мог закончить фразу.