Множество жизней Элоизы Старчайлд

– Нам так жаль, – говорили они, и каждый пожимал Ярославу руку, а некоторые даже целовали его в щеку.

– Нам будет ее не хватать, – говорили другие.

– Господь благословит ее дочь, – говорили многие.

Женщина, сгорбленная под тяжестью прожитых лет, пряча лицо за теплой черной шалью, обхватила руку Ярослава своей.

– У девочки есть дар? – спросила она булькающим от хрипотцы голосом.

– Ей всего пять дней от роду, – отвечал отец Кати. Его глаза покраснели от мороза и слез. – Откуда нам знать? Это останется загадкой на ближайшую дюжину лет, если не больше.

– А глаза, сияют ли ее глаза?

– Да, сияют.

Старуха поцеловала Ярославу руки.

– Значит, дар есть, – сказала она.

– Возможно, – согласился Ярослав, целуя старуху в ответ.

– Я буду молиться об этом.

– Не стоит. Франциске это не принесло счастья.

– А я все равно помолюсь. И тогда она вернется. – Старуха отпустила его руки.

Священник взял женщину за плечи.

– Верушка-Мария, что же вы стоите на таком морозе? Поберегли бы здоровье.

К тому времени, когда траурная очередь почти рассосалась, снег уже валил с неба хлопьями размером с бутоны роз.

– Пойдемте в церковь, – сказал священник. – Нам всем нужно согреться.

– Неправильно ее так хоронить, – проворчал фермер из Старого Смоковца. Под пальто он был одет в синюю спецовку, в которой доил коров в колхозе. – Вся эта… – он досадливо взмахнул рукой, – вся эта религия. Эти песнопения.

– Ее семья была с запада. Она бы сама этого хотела, – ответил ему Ярослав, хмуря нависшие над глазами брови.

– Ну, у нее уж теперь не спросишь.

Мужчина без шапки, с лиловеющими на морозе кончиками ушей, прошептал что-то Ярославу на ухо, так тихо, что тому пришлось наклониться поближе, чтобы расслышать.

– Правда, что она была в Лидице [2 - Лидице – шахтерский поселок в Чехии. 9 июня 1942 г. деревня была взята в окружение офицерами немецкой полиции и чешской жандармерии по указу СС и пражской полиции, которые подозревали, что в Лидице могут скрываться заговорщики, организовавшие покушение и убийство Рейнхарда Гейдриха, протектора Богемии и Моравии.

Он кивнул, чуть склонив голову.

– Была. – Ответ тоже прозвучал шепотом.