Римская сага. В парфянском плену

Сестра приоткрыла глаза и повернула к нему голову. – Вчера сказала мне, что боится первой ночи, – одними губами прошептала она. Абгар озадаченно хмыкнул и сдвинул брови. От сердца отлегло. Он хотел что-то сказать, потом передумал, затем снова открыл рот и снова ничего не сказал. Может, это и страшно, но все девушки боятся этого. Что ж тут такого? Заиру надо было успокоить, но он не знал, как это сделать.

Вскоре вернулась толстая повитуха. Она опустила перед ним мешок с водой и сразу же занялась Хантрой: подложила ей под голову несколько подушек, протёрла лицо, дала понюхать мешочек с сухой полынью и отошла за горячей водой, чтобы заварить красные цветки какого-то растения.

– Ладно, пойду поговорю с ней, – чувствуя себя ненужным, произнёс Абгар. – Завтра утром выезжаем в Экбатану. Все вместе. Пакор приехал за Суреной. Ород зовёт его к себе. Мы поедем за ними. Тебя здесь не оставлю, – он встал и подошёл к Заире.

– Отец! – вздрогнула та, испугавшись его прикосновения к плечу.

– Ты что, дочка? – настороженно спросил он.

 – На тебе лица нет. У тебя жизнь только начинается, а ты уже так сильно волнуешься. Что случилось?

– Отец… – отчаянно произнесла Заира и на вдохе замолчала. Потом с болью выдохнула и сказала: – Я не знаю, как я буду… как вести себя с сатрапом. Он старше меня. И я вообще не знаю, что делать. Это так страшно! – её лицо вдруг вспыхнуло ярким румянцем, и Заира спрятала его в ладонях.

– Ну, ну, ну, успокойся, – он по-отечески снисходительно погладил её по голове и улыбнулся.

Страхи дочери были понятны. Этот детский стыд всегда выдаёт молодых девственниц, которые ещё вчера играли с другими девочками в детские игры, а сегодня уже должны были стать женщинами. – Твоя мать тоже боялась меня, – в его голосе прозвучала глубокая грусть. – Но ты видишь, какую красавицу она родила! И ты помнишь, как она любила тебя и наш дом.

– Да, отец. Но она никогда не рассказывала мне, что делать… в первую ночь, – Заира подняла на него полные отчаяния и мольбы глаза, но Абгар отвёл взгляд в сторону.

– Она не успела. Ты была маленькая. Хантра расскажет. Позже, – пробурчал он. – Поправится и расскажет. Когда станет лучше. Завтра мы уезжаем. Сурена едет к сатрапу в Экбатану. Мы – с ним. Сейчас самый удобный момент для встречи с Ородом, – он хотел ещё что-то добавить, но дочь округлила глаза и сделала такое лицо, что Абгар вопросительно поднял брови и остановился. – Ты что? – её поведение снова насторожило его.