Римская сага. За великой стеной

Лошадей было не меньше трёх. Грозные слова ещё эхом звучали под крышей навеса, а слуги уже лежали ниц. Такого римляне ещё не видели – все евнухи, слуги, стражники и музыканты распластались ниц, упёршись лбами в землю. И даже две наложницы распластались в пыли, успев подложить под лоб свои широкие веера. Лаций махнул рукой товарищам и первым последовал примеру окружающих. Римляне тоже поспешили стать на четвереньки. Вскоре послышался приближающийся стук копыт, и со всех сторон донеслись одни и те же возгласы:

– Десять тысяч лет жизни! Десять тысяч лет жизни! Десять тысяч лет жизни![21 - Приветствие императора в Китае.

Краем глаза Лаций видел, как вместе со словами из-под вросших в землю лбов придворных вырывались маленькие облака пыли, которые потом медленно оседали на их ушах и пучках волос. Он прислушался к своему сердцу. Но оно билось ровно и спокойно, как будто вообще ничего не происходило. Волнение, вызванное появлением двух наложниц, полностью исчезло. Скосив глаза в другую сторону, он увидел голые спины своих товарищей.

Приветствия стихли, и после этого послышался тонкий голос старшего евнуха. Он отвечал на чьи-то вопросы. Лаций осторожно повернул голову в сторону звука. Послышался скрип шагов по бамбуковым настилам. Перед его глазами прошли тёмно-коричневые закрытые сандалии. Поверх них виднелся узкий край белой ткани, а выше жёлтыми тонкими верёвками были завязаны синие шёлковые штаны.

– Вот они, – снова раздался голос старшего евнуха. – Твой раб следил за ними исправно.

– Следовало ли тебе сюда приходить, Фэн Юань? И тебе, Фу? – мягкий, ровный тон, без вздрагиваний и визга, как у старшего евнуха, и без долгих шипящих ударений, как у губернатора Бао Ши. Лаций сразу же представил себе человека с открытым лицом и спокойным взглядом.

– Твои рабыни пришли посмотреть варваров, Премудрый Правитель, – ответила одна из них.

– Премудрый Правитель спрашивает вас, нравятся ли вам эти варвары?

– Нет, Святой Император, – ответили в голос женщины. Потом одна добавила: – Они страшные и ужасные. Особенно большой, со шрамом.

– Где главный евнух? Ши Сянь, нам интересно, кто их раздел? Это был ты? – теперь голос обращался уже к испуганному скопцу.