Лекарство

Тогдашние выпуски новостей Холодова помнила смутно, но различия в характере музыкальных заставок ощутить могла.

– …И, как стало известно только что, Голландия согласилась взять на себя ведущую роль в расследовании обстоятельств катастрофы в сотрудничестве с ООН и ИКАО, особо подчеркивая, что главную линию своих действий направит на выяснение фактов, нежели на определение вины.

Чайник закипел, и Катя, налив горячей воды в кружку, с наслаждением отпила исходящий паром сладкий напиток. И пусть говорят, что питье кипятка вызывает малигнизацию слизистой пищевода и вообще очень вредно.

А еще надо писать. И в первую очередь – о том, что произошло, пока еще голова помнит все детали. Нельзя ничего откладывать даже на полчаса. Потому что через полчаса или в любую минуту может начаться все, что угодно. Вплоть до захвата сотрудников отделения в заложники всякими мутными криминальными элементами.

Взгляд упал на верхнюю историю в возвышающейся на диване стопке. Как раз та, с которой и надо начать. Больная Кобзева.

Стандартная мелодия известной фирмы, выпускающей телефоны, заставила Холодову тихо выругаться. Звонок телефона в рабочее время, как правило, означал сигнал к действию, что априори расценивалось мозгом как что-то весьма плохое, поскольку за телефонным звонком обычно следовала экстренная или весьма неприятная ситуация.

По крайней мере, так всегда было с местным телефоном. С мобильником всегда имелся небольшой шанс на то, что тебе повезет и это будет звонок от родителей или еще от кого-нибудь, кто принесет тебе только положительные эмоции.

Рука достала из бокового кармана хирургички телефон. Вспыхнувшее на экране изображение мгновенно обработал мозг. Сердце стукнуло чуть сильнее, чем следовало бы, и губы издали тихий вздох.

Звонил Тойво.

Ее неожиданный знакомый, с которым Катя совершенно случайно встретилась чуть более года назад.

Его настоящее имя было Антон. Улыбчивый, обладающий каким-то внутренним стержнем спокойствия и уверенности, он сразу привлек ее внимание. И Катя была бы совсем не против уделять ему свое внимание и дальше, если бы в процессе общения не поняла, что для нее в сердце и душе Тойво просто-напросто не было свободного места.

Антон принадлежал полностью только трем вещам: матери, Ире и океану.