Агорафобия: опыт преодоления

Как-то, не обнаружив поутру своей Анечки, Гризли даже отправился на ее поиски. Своим исчезновением он привел в ужас ее друзей, которые обещали сохранить его в целости, пока Аня уехала в очередное путешествие. Отчаянные поиски в течение двух недель так ничего и не дали. Сообщить о том, что кот потерялся, друзья не решились. В день, когда Анна вернулась в родные просторы, приветствуя друзей, она шла навстречу, раскрыв руки для объятия:

– Ах, дорогие мои! Я так соскучилась! Мой кот, наверное, уже скулит от тоски по мне?

Только незадачливые няньки хотели открыть рот, чтобы признаться в исчезновении кота, как вдруг тот выбежал из-под соседнего куста, и прильнул к ногам хозяйки.

– О, Вы мой дорогой, даже лично вышли встретить меня! Большая честь, – пошутила она, подхватив похудевшего кота на руки.

После ужина друзья признались Анне, что кот убежал в первый же день ее отъезда. Скорее всего, он бродил по округе, а, услышав, наконец, сегодня ее голос, поспешил навстречу.

– Совсем взрослый стал, вот и улицу понюхал.

И сейчас, глядя на свою любимую хозяйку, доверчиво прижимающую его к своим ногам, Гризли благодарно смотрел на нее. Он не забывал тех многих приключений, которые связывали их вместе. Даже само его появление в ее жизни было удивительным.

Его мама, зрелая и пухлая кошка, жила в теплом и уютном кондитерском цехе. Эту кошку любили все повара, ухаживали за ней, и ни в чем не отказывали. Однажды она принесла пятерых крошечных котят, и теперь все семейство грелось у большой печи.

Один из котят уже довольно подрос, и маме-кошке не хватило сил донести его. На полпути она обронила несмышленыша, и он благополучно упал в раскрытый мучной мешок. Поутру, когда включили хлебопечь, и работа закрутилась в быстром темпе, повара обнаружили на листе в духовом шкафу четыре уголька.

Повара прозвали его Счастливым Мукосеем. Среди поваров работала Анина подруга, и, прослышав, что та хочет взять домой котенка, рассказала ей историю про Мукосея. Так и появились они друг у друга.

– Да, вот ты-то меня понимаешь. Ты помнишь, Гризли, как любовались мы, проезжая километры дорог, яркими или серыми видами из окна.