На первом дыхании (сборник)

– А еда в доме есть? – вдруг спросил он тупо. Спутал меня с женой, которая, видно, не один раз доставляла его домой волоком. – Изменять?.. мне? – И он двинул меня в подбородок.

Если это был не нокаут, то что-то очень на нокаут похожее. Я тут же улегся на пол возле кровати. Когда я очнулся, он плакал. И здорово скрежетал зубами.

– Гадина!.. Изменять мне с Шариковым!

А глаза его были закрыты. Я погасил свет и, пошатываясь, кое-как выбрался.

* * *

Повезло – я тут же схватил такси и примчался в аэропорт.

Там я нашел княжну с чемоданчиком. А этой парочки, конечно, уже не было. Княжна сидела, подперев голову рукой. Нет, не спала. Рейс отменили, и она ждала следующего.

– Это называется, они тебя проводили.

– Они проводили. – И она спокойно добавила: – Здесь им незачем торчать.

– Еще бы. Вдвоем им гораздо веселее. Теперь я припоминаю – у Вики Журавлевой всегда была мертвая хватка.

– Возможно.

Она не хотела сочувствия. Держалась княжной. Ей не очень-то важно, осталась ли она одна или в компании.

Она древнего рода и цену себе знает. Звали ее Валей. Сейчас стало видно, что она некрасивая.

– Я посижу с тобой до самолета.

– Посиди, – сказала она.

А мне до боли захотелось в Киев. Или в Новгород. И самолета захотелось. И еще какого-нибудь города, где я не был. Одичал в степях. Огрубел. Ну? что будем делать?.. Я сбегал в кассу и купил билет – на тот же рейс. Я не сказал княжне, не сообщил, сидел с ней рядышком, вот и все. Она очень удивилась, когда я пошел с ней до самого самолета.

И тем более удивилась, когда я вошел внутрь (я приотстал и незаметно предъявил билет).

– Теперь разрешается провожать, – сказал я княжне, – как в поезде.

– А я не знала.

– С мая месяца.

Когда заревели моторы, она не на шутку испугалась.

– Иди, иди!

– Подожди, – говорил я. – Мы же еще не простились.

И я ее поцеловал. Очень нежно. Я подумал, что она ведь и гордая, и некрасивая – при таком сочетании сахара не поешь. Небось еще ни с кем не целовалась. И я готов был отдать ей душу.

И ведь какая гордая. Княжна. Я хотел, чтобы ей было приятно. Я знал, что Галька меня поймет. Я только чуть прикоснулся к ней губами.

Самолет уже выруливал на дорожку.

– Иди! – А я сидел с ней рядом, не уходил. Я и просил у кассирши это самое место.

Когда самолет начал разбегаться, ей стало малость плохо, и пришлось попросить у стюардессы воды. Нам откупорили нарзан. Княжна вздохнула и приоткрыла глаза.

– Ты потрясающий парень, – шепнула она мне.