Калифорнийский квартет (сборник)

– Но я хочу! Ну пожалуйста!

– Убери от меня свои вонючие лапы!

– Но, Мэри, я люблю тебя!

– Катись к черту вместе со своей долбаной любовью…

– Мэри, прошу тебя…

– Ты заткнешься сегодня?

Мужчина отвернулся к стенке, а женщина взяла с тумбочки журнал, подоткнула подушку под голову и погрузилась в чтение.

Мы пошли дальше.

– Блядь, – выругался Плешивый, – какой облом!

– Да, а я-то уже губу раскатал, – поддержал я приятеля.

Когда мы добрались до винного погреба, то обнаружили на его двери огромный навесной замок.

Мы возвращались к этому окну снова и снова. Но история не развивалась. Всегда одно и то же.

– Мэри, прошло уже много времени. Мы живем вместе. В конце концов, мы женаты!

– Большое дело!

– Всего один раз, Мэри, и я от тебя отстану. Я долго-долго не буду к тебе приставать. Обещаю!

– Заткнись! Ты меня бесишь!

Мужчина сдавался.

И мы с Плешивым отчаливали.

– Вот говно, – говорил я.

– Куча говна, – говорил Плешивый.

– Зачем ему тогда хуй? – удивлялся я.

– Да уж лучше вовсе не иметь, – утверждал Плешивый.

Мы перестали ходить к этому окну.

27

Вагнер продолжал до нас доебываться. Однажды я стоял во дворе школы во время урока физкультуры, и он подошел ко мне.

– Что ты здесь делаешь, Чинаски?

– Ничего.

– Ничего?

Я проигнорировал.

– Почему ты не участвуешь ни в одной игре?

– Это дерьмо, а не игры. Детские забавы.

– Я зачисляю тебя в команду мусорщиков.

– За что? Что я такого сделал?

– Филонишь. Пятьдесят неудов.

Ученики отрабатывали свои неуды в команде мусорщиков. Если у вас было больше десяти неудов и вы их не отработали, то к экзаменам вас не допускали. Но я не волновался, допустят меня или нет. Это была их проблема. Я мог бы и остаться в школе, рос бы себе дальше, развивался физически и тогда бы точно поимел всех девчонок.

– Пятьдесят неудов? И это все? Как насчет сотни?

– Отлично, сотня. Она твоя, – сказал Вагнер и с важным видом отвалил.

У Питера Мангейлора было 500 неудов. Я был на втором месте и нагонял его…

Первая работа для мусорщиков появлялась во время тридцатиминутного обеденного перерыва. На следующий день я уже таскал мусорный бак вместе с Питером Мангейлором. Дело плевое. У нас были палки с острыми наконечниками. Мы насаживали на них бумажный хлам и сбрасывали его в бак. Девчонки следили за нами, когда мы проходили мимо. Они знали: мы хулиганы.