Калифорнийский квартет (сборник)

Не отрывая взгляда от Клер, я присосался к своей банке. Она была в облегающем платье. Я все мог видеть. Женщины в ней было до черта – щедрые гроздья – наливные ягодицы, колосящиеся ноги, спелые груди. Да, грудь потрясающая.

Клер забросила ногу на ногу. Юбка слегка задралась. Лодыжки были полные, и они золотились, обтянутые чулками телесного цвета.

– Я знакома с твоей матерью, – сообщила она.

Я осушил свою банку и поставил ее на пол возле ног. Тут же открыл новую, залпом ополовинил и попробовал посмотреть на Клер.

– Извиняюсь, что позволил твоему сыну так напиться, но я должен тебе что-то сказать.

Она отвернулась, чтобы прикурить сигарету, потом снова посмотрела на меня.

– Говори.

– Клер, я люблю тебя.

Она не рассмеялась. Лишь слегка улыбнулась самыми уголками рта.

– Бедняжка. Ты еще совсем цыпленок, который только что вылупился из яйца.

Она попала в точку, и это меня разозлило.

– Кончай мне лапшу вешать. Подними-ка лучше юбку. Я хочу получше разглядеть твои ляжки и задницу.

– Ты еще мальчик, – твердила она.

И тогда я ответил. Не знаю, откуда взялись эти слова, но я заявил:

– Я задолблю тебя насмерть, детка, только дай шанс.

– Серьезно?

– Ага.

– Хорошо, бери, – сказала она, раскинула ноги и задрала юбку.

Трусов на ней не было.

Моему взору открылись огромные ляжки до самого их основания – реки притягательной плоти. На внутренней стороне левого бедра выделялась мясистая бородавка. Долго не задерживаясь на бородавке, мой взгляд скользнул выше – в джунгли спутавшихся волос, что между ног. Цвет их был не золотистый, как на голове, а темно-коричневый. Короткие, с вкраплением седых волосков, они напоминали мне цветущий кустарник с отмершими стебельками – бледными и печальными.

Я поднялся и пробормотал:

– Мне надо идти, миссис Хэтчер.

– Как? Я думала, ты настроен на жаркую вечеринку!

– Ну… Если бы не ваш сын в спальне…

– Не волнуйся на его счет, Хэнк. Он в отключке.

– Нет, миссис Хэтчер, мне действительно надо идти.

– Ясно. Убирайся отсюда, соплежуй хуев!

Я закрыл за собой дверь, пересек холл и вышел на улицу.

Подумать только, некоторые из-за этого накладывают на себя руки.