Студеный флот

У Ожгибесова как начальника гарнизона был свой жилищный фонд, небольшой, но вполне достаточный, чтобы вести интриги и строить куры.

Больше всего Ожгибесов любил воспитывать лейтенантских жен. «Женатый лейтенант – это подрыв боеготовности флота!» – на раз повторял Ожгибесов и на публике, и в узком кругу. А в кабинете, когда в час «приема по личным вопросам» перед адмиральским столом робко представал очередной соискатель казенной жилой площади, Ожгибесов грозно вопрошал:

– Ты зачем сюда приехал? Родине служить или пеленки стирать? Здесь передний край и Крайний Север! Я в твои годы из отсеков не вылезал, по трюмам ползал, системы изучал.

По результатам ожгибесовских «смотрин» решалась жилищная проблема. Те лейтенантши, которые шли напролом, требовали «по закону» того, что им «было положено по Конституции», становились в длинные и безнадежные очереди, но бойкие дамочки, готовые «на все ради семьи», быстро находили понимание с начальником гарнизона и, на удивление «бездомным» подругам, довольно скоро справляли новоселье, пусть и не в новой квартирке, зато в отдельной комнате.

Был у Ожгибесова враг. Враг, которому он рано или поздно должен был передать эскадру и свое верховенство в гарнизоне, – капитан 1-го ранга Анатолий Куземин, командир 1-й бригады подводных лодок. Лет пять назад они водили дружбу: Куземин тогда командовал 3-й бригадой, а Ожгибесов был у него начальником штаба.

Когда погибла С-88, комбриг находился в отпуске, Ожгибесов его замещал, и потому именно он нес персональную ответственность за роковой выход «эски» в море. Лодка погибла «по неустановленной причине». Над головой Ожгибесова сгущались самые черные тучи, но выручили связи тестя в Москве. После всевозможных комиссий и расследований отозванный из отпуска капитан 1-го ранга Куземин был снят и назначен замкомбрига, а Ожгибесова «сослали» на время в Москву – слушателем Академии Генерального штаба.

Из столицы Ожгибесов вернулся в Северодар на должность начальника штаба эскадры и очень скоро – к ноябрьским праздникам – получил на погоны адмиральскую «муху». А Куземин пахал в морях, перекочевывая с одной лодки на другую для подстраховки молодых командиров. Он и сейчас находился в Средиземном море, куда ушел в прежней должности комбрига.