Студеный флот

И пробирались по этому подводному ходу сотни и сотни людей в матросских робах и офицерских кителях, гонимые туда и обратно во имя высших интересов обоих государств.

Обо всем этом вполне мог рассуждать, мчась на машине из Мерса-Матруха в Александрию, капитан 3-го ранга инженер Дубовский, человек весьма начитанный и склонный не только к качанию мышц, но и к стиранию грани, как он выражался, между серым и белым веществом мозга. Однако голова его была занята унылой прозой текущей жизни. Военно-морской атташе капитан 2-го ранга Бекетов, гнавший сам консульскую белую «тойоту», мрачно сообщил, что Александрийский порт блокирован жандармерией и коммандос и он не видит никакой возможности пробраться к «Буки-40».

Часы на приборной панели отсчитывали время до назначенного ультиматумом срока, а значит, и до возможного взрыва… Стрелка спидометра показывала взлетную скорость легкого самолета, и потому в салоне мелодично позванивал электронный колокольчик, предупреждавший, что машина мчится на смертельно опасном пределе.

– В городе военное положение, – предупредил атташе. – У вас хоть какие-нибудь документы есть?

– Удостоверение личности советского офицера, – усмехнулся Дубовский, – и пропуск на территорию родной эскадры.

– Н-да… Если задержат, говорите, что вы член экипажа с этой лодки.

– Не задержат.

– Вы так думаете?

– У нас на Севере вохровки – женский батальон – заводы охраняют.

– Ну-ну…

Они благополучно проскочили пригородный кордон, выставленный парашютистами.

– Как подменили, – жаловался Бекетов на египтян. – Поворот на сто восемьдесят градусов. А мы сюда столько средств всадили…

– Ваши братья дипломаты не сработали. За что их Родина севрюгой кормит?

– Дипломаты у нас те еще: сынок на сынке… Потому и гонят нас с позором отовсюду.

– Но лодку-то могли до конца ремонта оставить. Что им приспичило выгонять?

– Новая администрация перед американцами прогибается. Ждут большой кредит…

– Не жарко? – кивнул Дубовский на черную тужурку Бекетова, радуясь, что в Мерса-Матрухе летчики успели переодеть его в легкие белые брюки и рубашку-безрукавку.

– Это вам тут с непривычки жарковато. А мы акклиматизировались. Если вода в море не теплее двадцати пяти, купаться не лезем. Холодно.