Залечь на дно в Подольске

Я стянула сначала один кед, потом второй. Какое же это наслаждение – просто стоять босиком на мокрой листве и ощущать стопами их холодную рельефную текстуру. Спустя ещё пару минут – я вышла из-под укрытия дерева, проставляя лицо струям воды.

Бывает в дожде такая стадия, что уже не важно, – то же и в жизни. Зависит от интенсивности и степени усталости. А я устала сегодня. Очень устала.

Промокнув до нитки, я снова вернулась под дерево и обулась. Кеды отозвались мерзким хлюпком. Тело – ознобом и странным ощущением, что за мной кто-то наблюдает.

Я повернула голову, пытаясь проморгаться. Свет был смазан потоками дождя, льющегося с небес. Свет был искусственный и статичный. Свет фар ближнего освещения у обочины дороги.

Была глубокая ночь, когда я вернулась домой. Не зажигая свет, я бросила ключи на тумбу прихожей и прошла в ванную. Ощущения усталости и тотального холода понемногу отступали под обжигающими струями воды, оставляя приятную усталость в мышцах ног. Вдоволь отогревшись, и с большой неохотой я раздвинула запотевшие створки душевой кабины, завернулась в полотенце и вошла в кухню.

Запах его духов ворвался в голову, перебивая собой табачный дым и мои замутненные мысли.

– Где я раньше мог вас видеть, Миледи? – чинно осведомился голос за моей спиной.

«Даже в таких вопросах не обходится без протокольных формальностей», – усмехнулась я мысленно дверце холодильника, затем открыла ее и извлекла початую бутылку белого сухого. “ Точно извращенец”.

«– Где ты была все эти дни? Где твоё алиби?» – снова пробасили он с нотками издевки.

Я сделала глоток из горла бутылки и, захлопнув дверцу, неспешно обернулась.

В квартире по-прежнему было темно, лишь освещение города сквозь панорамные окна небрежно очерчивали силуэты предметов. Я не видела его лица. Но я видела его улыбку. Чувствовала. Она назойливым насекомым летала вокруг моего тела.

Я сделала еще глоток и улыбнулась в ответ. Как знак того, что принимаю вызов, что понимаю игру. У меня ведь даже ответы имелись.

И про алиби, и про местоположение. Но протокол предполагает играть по правилам. И мы слишком хорошо знали, как важно следовать этим правилам в целом, чтоб время от времени нарушать их по мелочам.

Я ощутила объятия. Они были почти как настоящие. Я прижалась к нему, словно стараясь забыться. Он зарылся лицом в мои волосы и глубоко задышал. Мы стояли на фоне оконных сумерек и оба слышали, как сгущается пространство. Как все затихает. Как все успокаивается.