Тщеславие и жадность. Две повести

Подпругин вынул карточку, загнул уголок, передал ее швейцару, отъехал уже от подъезда, но опять вернулся и передал швейцару вторую карточку, сказав:

– Передайте уж две.

Дело в том, что Белослоновой Подпругин был знаком по благотворительным обществам, где приходилось часто встречаться с ней, с самим же Белослоновым знаком он не был, хотя и знал его в лицо.

«Все равно, – подумал он, – поймет, в чем дело. А замужней женщине подавать в дом одну карточку как будто и неловко».

Домой Подпругин вернулся в начале пятого часа.

– Опять за орехи! Сколько раз я тебе говорил, Ольга Савишна, чтобы ты их оставила! – проговорил он, покачивая головой.

– Да ведь я одна. Меня никто не видит, – отвечала она, несколько покраснев.

– Ах, боже мой! Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты эту еду бросила!

– Что ж поделаешь, коли я ее люблю.

– Да не подходит это тебе, мать моя. Не так мы живем. Ну, ешь ты конфеты, сколько в тебя влезет, кушай шоколад.

– А вот именно конфет и шоколаду-то я и не люблю.

– Э-эх! – крякнул Подпругин и, колыхая чревом, присел против жены.

– Да что тебе… Оставь ты меня в покое… Ведь я не при людях… Я по секрету… – сказала она.

– Горничная видит – и то нехорошо.

– Да что тут такого постыдного? Ровно ничего нет.

– Еще бы ты подсолнухи!..

Ольга Савишна улыбнулась. По секрету она сегодня и подсолнухов уж погрызла. Она собрала ореховую скорлупку, поднялась и кинула ее в камин.

– Ну, я всех объездил, кого нужно, – сказал Подпругин, успокоившись. – Обещались быть во вторник. Почти все обещались. Только Завзоров немножко заупрямился. В Москву едет. Но я его просил остаться до вторника, и он, наверное, будет. Завтра тебе придется съездить к его жене с визитом. Я дам адрес.

– Ох! – сделала гримаску супруга. – Опять? И как я это не люблю!

– Нельзя же, мать моя… Надо заводить знакомства. Что же будет хорошего, ежели во вторник Завзоров приедет один? Нам нужно и дам.

– Ах, зачем ты эти журфиксы затеваешь!

– Поезжай, поезжай. Я не знаю Завзорова жены, сейчас я был у него, а ее дома не было, но все-таки Завзоров – наш брат Исакий, из купцов, и с его женой ты можешь свободнее разговаривать, чем с баронессой и Белослоновой.