12 новых историй о настоящей любви (сборник)

 – Он для тебя недостижим. Как и твои мечты, – в его темных глазах сверкнуло пламя. – У вас уже давно нет других вариантов, мистер Грант. В глубине души ты сам это знаешь. Переходи на мою сторону… или вы все умрете. Тебя никогда не пожирали зомби? Говорят, это больно. Еще как.

На экране потрескивал камин. Я глянул через плечо на вихрь пламени и бесконечную пустоту внутри него, лишенную очертаний, как мое безнадежное будущее. Я пристально посмотрел на Наталью.

– Пожалуйста, – взмолился я. – Хотя бы намекните.

На мгновение она уставилась в пол.

– Фильм питается вашими страхами. Это они дают ему силу.

Скратше приложил руку к груди. На его лбу проступили крошечные рожки, а его зубы вытянулись.

– Ах, какая досада. Надо было взять на эту роль Ивонн де Карло.

Он снова щелкнул пальцами, и Наталья с криком отлетела назад. Ее пригвоздило к стене, а в сантиметре от ее шеи застыл кинжал.

– Веди себя хорошо, милочка, – казал Скратше. – Я знаю, как тебе будет неприятно отыгрывать остаток контракта с перерезанным горлом.

Дэйв зажмурился и стал раскачиваться из стороны в сторону.

– Перестань бояться. Перестань бояться. Перестань бояться.

Я притянул к себе Дэйва и Дэни, обняв их за плечи. Я еще никогда не был так близко к ней. Мы стояли практически нос к носу, и вдруг на меня нахлынула жажда того будущего, о котором она спрашивала тогда под деревом. Будущего с ней.

– Фильм питается нашими страхами, так? Значит, надо перестать давать ему пищу.

– Тейлор Свифт? – предположил Дэйв. Мы с Дэни злобно уставились на него. – Ну а что? Мне она приносит радость.

Я повернулся к Дэни.

– А у нормальных людей что противоположно страху?

Дэни судорожно вздохнула.

– М-м, храбрость? Радость? Любовь? Альтруизм? Надежда?

– Вот именно, – сказал я.

– Что именно? Я назвала штук пять вариантов.

На ее лице играли блики от экрана. Я смахнул с ее щеки каплю масла.

– Надежда, – сказал я.

В дымчатом свете с экрана я превратился в призрак самого себя, шагая к передним рядам.

– Если это последние пять минут моей жизни, мне есть что сказать.

– О, да он из тех, кто любит пафосные прощальные речи. Чудненько, – пробормотал Алистер, уткнувшись в свой стакан.

– Знаете, вы довольно мерзкий тип, – сказал Дэйв. – Вы мне больше не нравитесь. Я, может, даже похлопаю, когда вы вернетесь в ад.

Алистер пожал плечами.

– Я актер малобюджетного кино, парень.