Собор Парижской Богоматери

– Итак, вам нечего мне сказать, сударыни?

– О нет, решительно нечего, – ответила Жискетта.

– Нечего, – повторила и Лиенарда.

Высокий молодой блондин намеревался было уйти, но две любопытные девушки не желали так легко выпустить свою добычу из рук.

– Мессир, – со стремительностью воды, врывающейся в открытый шлюз, или женщины, принявшей твердое решение, быстро обратилась к нему Жискетта, – вам, значит, знаком этот военный, который будет играть роль Пречистой Девы в мистерии?

– Вы желаете сказать – роль Юпитера? – спросил незнакомец.

– О да! – воскликнула Лиенарда. – Какая она дурочка! Вы, значит, знакомы с Юпитером?

– С Мишелем Жиборном? Да, знаком, сударыня.

– Какая у него замечательная борода! – сказала Лиенарда.

– А то, что они сейчас будут представлять, красиво? – застенчиво спросила Жискетта.

– Великолепно, сударыня, – без малейшей запинки ответил незнакомец.

– Что же это будет? – спросила Лиенарда.

– «Праведный суд Пречистой Девы Марии» – моралитэ, сударыня.

– А! Это другое дело, – сказала Лиенарда. Последовало краткое молчание. Неизвестный прервал его:

– Это совершенно новая моралитэ, ее еще ни разу не представляли.

– Значит, это не та, которую играли два года тому назад, в день прибытия папского посла, когда три хорошенькие девушки изображали…

– Сирен, – подсказала Лиенарда.

– И совершенно обнаженных, – добавил молодой человек.

Лиенарда стыдливо опустила глазки. Жискетта, взглянув на нее, последовала ее примеру.

– То было очень занятное зрелище. А нынче будут представлять моралитэ, написанную нарочно в честь принцессы Фландрской.

– А будут петь пасторали[39 - Пастораль – драматическое или музыкальное произведение, идиллически изображающее жизнь пастухов и пастушек на лоне природы.]? – спросила Жискетта.

– Фи! – сказал незнакомец. – В моралитэ? Не нужно смешивать различные жанры. Будь это шуточная пьеса, тогда сколько угодно!

– Жаль, – проговорила Жискетта.

– То, что годится для папского посла, не годится для принцессы, – сухо заметил незнакомец.

– А около них, – продолжала Лиенарда, – было устроено состязание на всяких духовых инструментах, которые исполняли возвышенные мелодии.