Полночь! Нью-Йорк

Гонзало Роча знал, о чем говорил: он провел десять лет в отряде «морских котиков» США – самом подготовленном отряде и самом опасном из подразделений специального назначения в мире, чьим девизом была фраза: «Единственный легкий день был вчера!» На гражданке Гонзо стал милейшим из людей, почти беспечным, со своеобразным чувством юмора. Он, конечно, все еще мог нейтрализовать любого противника одним пальцем, как Шон Коннери в роли подполковника Алана Колдуэлла в старом фильме «Президио» Питера Хайамса. Гонзо зарабатывал на жизнь, сидя за рулем лимузина, но работал не на «дядю», а на себя.

– Тебе нужна женщина, парень, – высказался он. – С твоей внешностью это будет непросто, но сколько ты не был с… ну, ты понимаешь?

Лео не переставал улыбаться. Встреча с друзьями, их искренность, бескорыстие согревали, как зимой жаркий огонь в камине. Их дружба родилась и постепенно окрепла в этом зале, невзирая на разное происхождение, социальную принадлежность и уровень жизни. Однажды Лео продал подделок на пятьсот тысяч долларов и сказал, что хочет вложиться в бизнес Тревора и Гонзо.

Сначала они отказались, но он в конце концов добился своего.

– Отстань от него, Гонзо, – велел Тревор. – Пусть продышится, он только что вышел. Что у тебя с лицом, Лео? Подрался в тюрьме?

– Ерунда, не о чем говорить… – Лео дал понять, что не хочет развивать эту тему, и почувствовал на себе взгляд Гонзо.

– Этот мистер Ерунда – мастер кулачного боя, он точно знает, куда бить, – произнес бывший спецназовец, внезапно посерьезнев.

 – Что скажешь, Тревор?

– Хороший удар справа…

– Может, поговорим об этом, гринго?

– Нет.

– Как хочешь. Но если попадешь в историю, мы будем рядом.

– Я знаю, Гонзо. Спасибо вам.

– Проехали…

В этот момент завибрировал телефон Лео, и на экране высветился незнакомый номер.

– Да, – коротко произнес он.

Пауза.

– Прошу прощения, – произнес красивый голос с французским акцентом, – ваш номер мне дал мистер Вайнтрауб из художественной галереи. Надеюсь, что не помешала вам и вы не рассердитесь на друга за то, что он позволил себе подобную вольность… Вы свободны сегодня вечером?

Сначала он сказал «нет».

«Нет, сегодня вечером я занят. Увы, и завтра утром тоже. О, завтра вы улетаете в Париж?.. Тогда в следующий раз… обязательно…» Лео не забыл фразу, которую сказал ему, уходя, инспектор Финк: «Оставьте даму в покое», – но она оказалась упрямой и твердо знала, чего хочет.

В конце концов Лоррен его убедила.