Самая темная ночь

Достаточно одного неосторожного слова, оброненного, к примеру, за ужином, чтобы погубить всех нас. К тому же школьный учитель Карло – известный доносчик, обо всем докладывает фашистам.

– Я согласен с отцом Бернарди, – сказал Никколо. – Лучше, чтобы правду знали только мы трое.

И он, и священник говорили так спокойно и взвешенно, будто для них это было обыденное дело – прятать людей, и оно не грозило им тюрьмой или чем-то похуже.

– Почему ты это делаешь? – спросила Нина, повернувшись к Нико.

 – Мой папа дружит с отцом Бернарди, а не с тобой, и тем не менее ты ради меня так рискуешь. Ради чужого человека.

– Как я мог не предложить тебе помощь? Кем бы я был после этого? А чужой ты оставалась для меня ровно до того момента, пока мы не познакомились.

– Многие бы отказались мне помогать.

– Я не в ответе за решения других людей и могу делать лишь то, что сам считаю правильным. И я верю, что у нас все получится. Меццо-Чель – тихое местечко.

Тут никто не станет тебя искать.

– Да, у нас ты в безопасности, – кивнул отец Бернарди. – Но я вынужден кое о чем тебя попросить, Нина, и выполнить эту просьбу тебе, вероятно, будет нелегко. Видишь ли, боюсь, пока ты здесь, тебе придется посещать мессу.

Ну разумеется… Ей надо было это предвидеть: даже самые благородные христиане считают, что оказывают евреям большую услугу, приобщая их к своей религии.

– Вы просите меня принять вашу веру?

К ее удовлетворению, на лице священника отразился неподдельный ужас:

– О Боже, нет, конечно же нет! Я бы никогда не попросил тебя ни о чем подобном.

Тебе нужно лишь показываться в церкви время от времени. Мысли и убеждения – твое личное дело. Господь мне свидетель, я говорю искренне.

И Нина ему поверила. У нее не было причин для сомнений, но почему же тогда пришлось сделать над собой усилие, чтобы сдержать слезы?..

– Нам пора возвращаться, – сказал Нико. Если он и заметил ее замешательство, не стал упоминать об этом вслух, чтобы окончательно не смутить девушку.

 – Мы не хотим огорчить мою сестру опозданием на ужин.

– Конечно, конечно, – закивал отец Бернарди. – Стало быть, увидимся с вами в воскресенье.

Они уже подходили к двери, когда Нина решилась задать священнику последний вопрос:

– У вас нет весточки от моих родителей?

– Как только будут новости от них, я сразу сообщу тебе. Обещаю.