Зиккурат. Логово Хохи

– Судя по твоей реакции, досталось там на пряники неплохо так.

– Мне – нет. А вот моему антиподу… Не дождёшься. Никаких спойлеров.

– Не сильно-то и хотелось, – Вадим примирительно вскинул руки, демонстративно откладывая книгу на спинку дивана. – Не люблю спойлеров. Потом читать скучно.

Из динамиков базы донеслись трели оповещения. Редактор молнией вскочил в рабочее кресло и засветил монитор. Возможности комма ему, конечно, нравились. Но от старых привычек совсем отказаться было довольно сложно.

– Есть! – глаза парня просияли предвкушением удовольствия.

Интерлюдия третья. Пыль и кислота

Он остановился примерно в центре исполинской залы и бережно опустил на стальной пол свою драгоценную поклажу. Толстенные пластины естественной брони тяжело вздымались и опускались, повинуясь тяжёлому дыханию. Насквозь мокрая майка прилипла к коже, создавая чувство дискомфорта.

Толстяк медленно обернулся, изучая пространство вокруг, и довольно улыбнулся.

– Мы на месте, моя прелесть, – промурлыкал он, вновь бережно поднимая маленькое голубое пластиковое ведёрко с торчащим из него жёлтым черенком игрушечного совочка. – Пора начинать.

Хордас слегка наклонил свою ношу, проливая на пол маленькую лужу зеленоватой жидкости. В тот же момент, стальной пол вспучился и начал оплывать, превращаясь в зловонное пузырящееся болото. Лужица пришла в движение, постепенно расширяясь и уносясь к далёким стенам. Бегемот немного потоптался на месте, прислушиваясь к удаляющимся звукам, утвердительно кивнул и вновь наклонил ведёрко.

На этот раз, вспученного и истерзанного пола коснулась тоненькая струйка серой пыли. Навесомое облачко несколько секунд попарило над поверхностью, успокаиваясь после тряски, и осело. Будто многотонная плита упала на мягкую землю. Изувеченная сталь застонала. По полу пошла рябь, превращаясь в волну цунами локального масштаба, уносяшуюся к скрытым в полутьме стенам исполинской залы.

Металл последний раз взвыл, и всё затихло.

– Остался последний штрих, моя прелесть, – удовлетворённо облизал пересохшие губы толстяк. – Давай сделаем это вместе.

Ведёрко наклонилась в третий раз. В песчаный пепел упало несколько разноцветных кубиков, погружаясь в пучину небытия и забвения. Зал вновь тряхнуло. Пол во многих местах пошёл трещинами, высвобождая из недр гротескные стены.