Сочинения. Том 2. Иду на грозу. Зубр

– Дело не пострадает, – сказал Аникеев. – Я не уеду, пока не пустим объекты.

Со своим шальным характером он остался, живя чуть ли не на нелегальном положении, продолжая руководить пусковыми работами. На этот раз он действительно рисковал головой. Начальство делало вид, что не замечает его присутствия. После того как объекты были успешно пущены, он уехал на Север.

Научной работы в те годы там не велось, оборудования не было. На свои деньги Аникеев смастерил себе кое-какую аппаратуру и занялся исследованием природы запахов.

Он принадлежал к редкому, счастливому типу ученых, для которых все, за что бы они ни брались, становится объектом науки.

Ему предлагали писать учебники, монографии. Он отказывался. Вместо этого время от времени в журналах появлялись маленькие статьи, вернее, заметки на две-три странички.

– Чем тщательнее выполнена работа, тем меньше о ней приходится писать, – утверждал Аникеев.

Сразу после разоблачения Берия Аникеева вызвали в Москву. К тому времени Лихов уже стал академиком, получил множество наград и ведал целым управлением. Он предложил Аникееву возглавить один из институтов. Аникеев отказался.

Лихов пробовал его уговорить – хотя бы на должность начальника отдела.

– Не интересуюсь, – сказал Аникеев, – давай лабораторию, и то маленькую, не больше четырех сотрудников.

Лихов задумался.

– Не слишком ли ты самоуверен? – сказал он. Аникеев пожал плечами.

– Посмотрим.

– Я бы не решился сейчас взять лабораторию, – сказал Лихов.

Аникеев оглядел роскошный, огромный кабинет.

– Жалко?

– Страшно. В лаборатории нет ни академика, ни лаборанта. Там только хороший экспериментатор – или плохой.

– Да, здесь иной масштаб.

– Да, здесь я академик. Прощаясь, Лихов сказал:

– Наверное, ты прав… иногда мне самому снится зайчик гальванометра. Никак не установить его на ноль. Сны административного физика. А потом я просыпаюсь и долго убеждаю себя, что на этом месте тоже должен сидеть ученый.

Лаборатория Аникеева была на особом положении – так он поставил дело.

Он организовал себе отдельную мастерскую, раздобыл два станка, нанял механика и раз навсегда избавился от мелкой зависимости. Тертые, все перевидавшие снабженцы выполняли его заявки вне очереди. Иначе он обрушивался на них на первом же совещании, обращался в партком, дирекцию, главк, стенгазету.