Власть пса

Многие считают их сорными, а вот мы их засушиваем – и цветы у нас круглый год.

– Нда… – пробормотал хозяин ранчо, и в зале послышался хриплый кашель.

– Это еще не все, – сказал Джонни, плеснув в стакан виски, – у моего сына золотые руки, руки хирурга. Он так может скрутить креповую бумажку, что получаются искусственные цветы. Именно их вы найдете на нашем столе, если заглянете отужинать на постоялый двор в зимнюю пору. Вы даже не представляете, мальчику двенадцать лет, а он изучает рисунки Везалия и читает очень серьезную литературу! В двенадцать лет! Представляете?

– А еще мастерит бумажные маки, – добавил мужчина.

– Сэр?

Джонни почувствовал острое желание впечатлить своих собеседников еще сильнее и принялся цитировать по-гречески высказывания о цветах.

– Это еще что? – оборвал его хозяин ранчо.

На лице Джонни засияла улыбка.

– Греческий, сэр. Все врачи учат греческий, обязательная часть их изнурительной учебы.

– Непохоже на греческий.

– О, я вас уверяю, сэр.

– Плохо же ты учился, – расхохотался мужчина. – По-гречески этот цветок называется «йоос»[4 - Вероятно, имеется в виду «ион» (др. греч. ???) – фиалка.]. Их возлагали на могилы.

Смех выстрелом раздался в голове Джонни. В недоумении он обвел толпу взглядом, однако утешения в ней было не сыскать.

– Что ж, сэр…

В салуне повисла тяжелая вязкая тишина, и вновь раздался голос хозяина ранчо:

– А такое слышал, доктор? – И он зачитал по-латыни строфу из Овидия.

– Зачем вы мне это говорите? – залившись краской, спросил Джонни.

– Верю в силу правды, доктор. Потрудишься рассказать нам, что это значит?

– Нет, сэр.

– Тогда я сам расскажу. Это значит, что ты задница лошадиная. И коли на то пошло, такой же и твой сопляк сын.

Не сводя с него глаз, Джонни снял шляпу и, проведя рукой по волосам, вернул ее на место.

– Мой сын не сопляк.

– Так о нем говорят местные мальчишки.

– Все потому, что он читает! Потому что он думает!

– Потому что он мастерит бумажные маки и не знает, как фол отличить от флайбола.

Глупо было говорить, мол, «никто не смеет называть моего сына сопляком!». Потому что хозяин ранчо смел. Схватив Джонни за грудки накрахмаленной белой рубашки, мужчина поднял его в воздух, потряс и рывком отшвырнул в сторону. Мокрой тряпкой доктор врезался в стену, повалился наземь и не смог подняться.