Даниэль Деронда

– Ах вот вы где! – воскликнул лорд Брэкеншо, подойдя к мисс Харлет, которая в эту минуту поправляла на миссис Дэвилоу шаль. – Сначала мы решили, что вы встретили Грандкорта и он проводил вас на поляну – так предположил Лаш, – но потом увидели его одного. Впрочем, мы ни на миг не испугались, что могла случиться неприятность: управляющий объяснил, что показал вам короткую дорогу обратно.

– Уезжаете? – спросил Грандкорт, подойдя к экипажу как ни в чем не бывало.

– Да, уезжаем, – ответила Гвендолин, внимательно рассматривая свой шарф.

– Можно мне завтра приехать в Оффендин?

– Да, пожалуйста, если хотите, – мельком взглянула на него Гвендолин, и голос ее прозвучал сухо и резко, как треск первого мороза.

Грандкорт предложил руку миссис Дэвилоу и проводил ее к экипажу, а Гвендолин с невероятным проворством скользнула вперед и, прыгнув на сиденье, объяснила:

– Я обогнала тебя, мама, потому что захотела занять эту сторону.

Грандкорту так и не удалось к ней прикоснуться: он лишь приподнял шляпу и удалился, вполне уверенный, что молодая леди обиделась за его продолжительное отсутствие.

Несколько минут мать и дочь ехали в молчании. Гвендолин заговорила первой:

– Я хочу встретиться с Лангенами, мама. Как только вернемся домой, соберу вещи и первым же поездом отправлюсь, чтобы попасть в Дувр одновременно с ними. А сообщить о приезде можно по телеграфу.

– Боже мой, дитя! Что ты говоришь?

– То, что намереваюсь сделать.

– Но почему?

– Потому что я хочу уехать отсюда.

– Из-за обиды на мистера Грандкорта, потому что он повел себя странно?

– Бесполезно задавать такие вопросы. Я ни в коем случае не собираюсь выходить за него замуж. И не пытайся выведать подробности.

– Что же я скажу твоему дяде, Гвендолин? Представь, в какое положение ты меня ставишь. Только вчера вечером ты дала ему понять, что склоняешься в пользу предложения мистера Грандкорта.

– Мне очень жаль тебя огорчать, милая мама, но ничего не поделаешь, – твердо ответила Гвендолин.

– Но стоит ли уезжать так поспешно? – беспомощно пробормотала окончательно сломленная миссис Дэвилоу.

– Мама, умоляю, не приставай.