Сенька

– Может, у вас в доме умирал когда-то ребёнок? – робко спросила Лена. – Ну, в прошлом, у предков.

– Да нет, – качнула головой Аня, – не умирали у нас дети никогда. Я не понимаю, как это может быть вообще. Всё, что ты мне рассказала, настолько неправдоподобно, что у меня ощущение, будто ты перечитала книг, – продолжала размышлять вслух Анна.

– Я прекрасно тебя понимаю, – отозвалась Лена. – Только знаешь, Сенька ведь не совсем обычный ребёнок. И с тех пор, как он появился в нашей с Мишей жизни, многое изменилось.

И Лена рассказала Ане случай с цыганкой.

– Я ведь до сих пор так и не поняла, что это было, Ань. Но и допытываться не буду. Просто приняла, как есть, что существуют люди немножечко другие, – произнесла Лена и встала из-за стола, собираясь уходить.

– Постой, – остановила её Анна. – Я не то чтобы не верю, – начала она.

– Можешь ничего не объяснять, – прервала её Лена и вышла.

Идя по дороге к дому, Лена жалела, что поступила так опрометчиво и рассказала малознакомой женщине о даре, которым обладает Семён. На сердце легла неимоверная тяжесть.

Подходя к дому, она окликнула крутящихся у противоположного двора мальчишек. Они вместе с гурьбой детворы с интересом смотрели, как сосед чистит и нахоливает лошадь.

– Пойдёмте обедать, – с улыбкой произнесла мать и увела мальчиков в дом.

Пообедав, ребята снова засобирались на улицу.

– Мам Лен, она тебе не поверила, да? – и, не дождавшись ответа, умотал за братом во двор.

Лена так и осталась стоять с растерянным выражением лица.

Следующим утром женщину разбудил настойчивый стук в дверь. Накинув халат, она пошла открывать. На пороге стояла Анна. Не дожидаясь приглашения войти, она бесцеремонно отодвинула Елену в сторону и прошла на кухню. Лена молча пошла за ней.

– Что? Скажи, что мне делать? – безо всякого пояснения спросила она. – У Софьи опять этой ночью был приступ! Она от того ещё не отошла, а он снова случился. Только в этот раз, словно в бреду, дочь повторяла: «Мамочка, прогони её!»

– Аня, я не знаю, что делать, – ответила Лена. – Я просто передала тебе то, что мне сказал Семён.

– Я в отчаянии, – произнесла Анна, закрыв лицо руками. – Я не могу поверить, что это может быть правдой.