Осенняя сказка

Мысли путались, я поставил чайник на плиту. Достал две чашки. В этот момент Марси босиком вышла ко мне на кухню. Моя пижама казалась на ней огромной, висела мешком. Длинные рукава доходили до кончиков тонких пальцев.

Марси с улыбкой подняла руки и сказала:

– Очень удобно.

Я улыбнулся в ответ.

Потом мы начали разговаривать о какой-то ерунде. Она села за стол, как девчонка, болтая ногами, и наблюдала за тем, как я копошусь у плиты. В духовке стоял пирог, который мы с Патрицией делали вчера вечером.

– У меня есть пирог. Будешь?

– Нет, – она забавно сморщила носик, на котором я заметил несколько веснушек.

– Он очень вкусный. С черникой. Я сам готовил.

– Ого, – она округлила глаза в притворном удивлении, но тут же добродушно улыбнулась. – Раз сам, то давай.

У меня появилось чувство, что мы знакомы с ней много лет.

Я заварил зеленый чай с мятой и лимоном, поставил тарелку с двумя кусками черничного пирога перед Марси и стал разглядывать ее.

Она со смехом посмотрела на меня, взяла в руки чашку чая, смешно поддернув сползающие рукава пижамы, и сказала:

– Ты так подозрительно смотришь на меня, будто в пироге снотворное и ты задумал меня или убить, или похитить, или еще что-то в этом духе.

Мне вдруг стало неловко, и я рассмеялся в ответ.

– Просто смотрю, какая ты красивая.

Марси как-то неразборчиво хмыкнула и опустила взгляд в чашку.

Она съела целый кусок и сказала, что это самый вкусный пирог в мире.

Я тоже взял свой кусок и даже один раз откусил, а потом признался:

– Я очень сонный.

– Я тоже… – Марси пару раз медленно моргнула и предложила: – Пойдем спать?

Мы доели и отправились в спальню. Она тут же нырнула под одеяло и сказала:

– Грей меня.

Я лег рядом с ней, а она прижалась ко мне. От Марси все еще слабо пахло дождем, потому что волосы не высохли до конца, а еще черникой и мятой.

Мы шепотом обсуждали какую-то ерунду. Я лежал и думал, как же хорошо сейчас в этой комнате под одеялом.

Марси уснула.

Я тоже.

Мы проснулись после обеда. Дождь продолжал барабанить по крыше и будто не хотел заканчиваться. В кровати было тепло.

Она сказала:

– Не хочу вылезать отсюда. – И кивнула на окно.