Молодость

Фред достает носовой платок, быстро высмаркивается, ловко складывает платок и привычным жестом, который он повторял миллионы раз, четырежды вытирает нос и убирает платок в карман пиджака.

Джимми Три с величайшим вниманием, замаскированным неотразимой улыбкой, наблюдает за манипуляциями Фреда с платком.

– Сегодня я размышлял о том, что у нас с вами похожие трудности, – говорит он.

– Ну-ка, ну-ка.

– Из-за того, что мы однажды поддались искушению легкости, нас всю жизнь принимают за кого-то другого.

– Может быть. Но сопротивляться искушению легкости невозможно.

– Я работал с самыми великими европейскими и американскими режиссерами, а зрители будут помнить меня как мистера Кью – тупого железного робота. Между прочим, во время съемок я таскал на себе девяносто килограммов железа, моего лица даже не было видно. Каждые полчаса кто-нибудь обязательно напоминает мне о том, что я сыграл мистера Кью, как вам напоминают о “Приятных песенках”. При этом они забывают, что вы сочинили “Черную призму”, “Жизнь Адриана” и все остальное.

Фред Баллинджер улыбается. Джимми тоже улыбается. Как заговорщики.

– Дело в том, что легкость – своего рода извращение, – говорит Фред. – Какими судьбами вы оказались в Европе?

– Через месяц у меня начинаются съемки в Германии. Готовлюсь к роли.

– К легкой?

– Как посмотреть.

– Получается?

– Поживем – увидим.

Марк Козелек допевает Onward. Приятели вяло хлопают. Фред к ним не присоединяется. С трудом поднявшись, он прощается с Джимми:

– Для меня уже поздно.

– А для меня нет.

Фред улыбается. Джимми шутливо отдает ему честь по-военному, приложив пальцы к виску.

Фред уходит неуверенной стариковской походкой. Джимми попивает чай, глядя на медленно удаляющегося Фреда.

Глава 4

В вестибюле отеля, напротив стойки администрации, Фред Баллинджер стоит неподвижно и ждет лифта.

Молоденький ночной портье зачарованно глядит в экран маленького телевизора с выключенным звуком.

В двери отеля звонит миниатюрная, полная достоинства женщина. Ей шестьдесят, выглядит она немолодо. Не отрывая взгляда от экрана, портье привычным жестом нажимает на кнопку, дверь открывается. Женщина заходит и усаживается на банкетку. С грустным и безнадежным видом смотрит в пустоту.

Фред Баллинджер невозмутимо наблюдает за происходящим. Наконец приезжает лифт. Старинный, с решетчатыми стенами. Фред заходит. Поднимается.

Он приезжает на этаж.