Мой телефон 03

 – Сестра-хозяйка решительно захлопывает журнал и растворяется в глубине склада.

По дороге на кухню я заглядываю в санитарскую, чтобы поздороваться с сегодняшней сменой. Санитарочек всегда две, они похожи друг на друга мощными фигурами, изъеденными дезраствором грубо сложенными руками и короткими стрижками. Обитают санитарки в уютной подсобке с кроватями и телевизором, выбираются из нее в моечную, разгрести мусор, принесенный с линии, и на парковку, помыть измазанные в крови и грязи салоны машин. С санитарками поддерживать отношения просто, главное – не раскидывать грязные иглы куда попало, очень они не любят на них натыкаться.

Добравшись до кухни, я подхожу к окну. Окно кухни выходит на сквер имени советской молодежи. По скверу идет Ренат. На плечах у Рената 20-литровый рюкзак, в правой руке он тащит спортивную сумку. Ренат не то чтобы опаздывает, но торопится. Он появился со стороны глухого забора, должно быть, срезал часть дороги дворами, один раз пробежался по газону, еще раз перепрыгнул через забор, едва не порвав сумку, на подходе к станции воспользовался проделанным в ограде техническим отверстием для сокращения пути.

Содержимое сумки Рената известно всем, кто с ним однажды работал. В сумке у него жестяная кружка, столовая ложка, полуторалитровая банка, до крышки полная еще теплыми щами, и пустой термос. Термос следует залить чаем на станции, но времени остается совсем немного, а кипяток в чайнике уже остыл. Чтобы подсобить Ренату, я включила чайник. Попыталась включить.

Электрические чайники на станции проживали короткую и насыщенную жизнь. Они работали ровно неделю. Неделю их круглосуточно кипятили, пустыми и сверх меры полными, пытались прямо в них заварить кофе и сварить яйца вкрутую, а чайники все смотрели на очереди трясущихся рук с подрагивающими кружками с кофейно-заварочной летописью по внутреннему краю, на воспаленные от недосыпа глаза, слушали леденящие чайную душу истории, неизменно сопровождаемые искристым мерзнущим смехом, смотрели, слушали и больше не кипятили.

На первом этаже грохнула дверь, по лестнице зачастила пара ботинок, на кухне появился Ренат. Сегодня у меня с ним смена.

Ренату под полтинник, выглядит он перед сменой на 40, под утро – на все 60. Казенная форма, синяя, на мальчика, 50-й размер, Ренату как раз, в ней он и ходит, частенько забывая постирать. Раз в месяц санитарка форму с него сдирает, стирает, пока у фельдшера выходной, и возвращает на следующей смене.