Время, бесстрашный художник…

И должен я выйти на сцену

и весь этот хаос облечь

в поступки, движенья и жесты,

в прямую и ясную речь.

Я должен на миг озариться

и сразу,

шагнув за черту,

какую-то длинную фразу

легко подхватить на лету.

И сон мой все время на грани,

на крайнем отрезке пути,

где дальше идти невозможно,

и все-таки надо идти.

Сейчас я шагну обреченно,

кулисы раздвинув рукой.

Но я не играл этой роли

и пьесы не знаю такой.

Я все еще медлю и медлю.

Но круглый

оранжевый свет

ко мне подступает вплотную,

и мне уже выхода нет.

«Собирались наскоро…»

Собирались наскоро,

обнимались ласково,

пели, балагурили,

пили и курили.

День прошел – как не было.

Не поговорили.

Виделись, не виделись,

ни за что обиделись,

помирились, встретились,

шуму натворили.

Год прошел – как не было.

Не поговорили.

Так и жили – наскоро,

и дружили наскоро,

не жалея тратили,

не скупясь дарили.

Жизнь прошла – как не было.

Не поговорили.

Воспоминанье о куске сала

Правый берег реки

возвышался над нашим,

над левым,

и мы сейчас были как на ладони

на нашем отлогом,

песчаном,

у этой реки,

где редкая птица

долетает до середины,

и нас засекли у самой воды,

и снаряды стали ложиться

ближе,

и мы побежали –

мы добежали

до первой воронки

и нырнули в нее,

и снаряд разорвался рядом,

немного не долетев,

а потом позади

и справа,

и песок нас слегка присыпал,

и надо было бежать,

и тогда

один из нас вытащил сало

из кармана шинели,

и мы стали есть его

жадно и торопливо,

хотя надо было бежать.

Сало было розовым и соленым,

веснушчатым и конопатым

от песка и махорки,

мы ели его жадно и торопливо,

почти проглотили,

и тогда мы выскочили

и побежали,

и пробежали совсем немного,

когда снаряд

наконец

угодил

в ту спасительную воронку,

где мы перед тем сидели.

Сало было розовое,

как младенец,

розовое и веснушчатое,

как наш старшина после бани,

этакий рыжий верзила

с нахальной ухмылкой,

некто хохочущий,

некто ликующе розовощекий,

этакий улыбающийся

господин в цилиндре,

некий факир

по имени Сало,

господин Сало,

ах, господин Сало…

«Горящими листьями пахнет в саду…»

Горящими листьями пахнет в саду.

Прощайте,

я больше сюда не приду.

Дымится бумага,

чернеют листы.

Сжигаю мосты.