Одиссея (с иллюстрациями)

С длинновесельными в бурю морскую погиб кораблями

(500) Сын Оилеев Аякс; Посейдон их к великой Гирейской

Бросил скале; самого же Аякса из вод он исторгнул;

Спасся б от гибели он вопреки раздраженной Афине,

Если б в безумстве изречь не дерзнул святотатного слова:

Он похвалился, что против богов избежит потопленья.

(505) Дерзкое слово царем Посейдоном услышано было;

Сильной рукой он во гневе схватил свой ужасный трезубец,

Им по Гирейской ударил скале, и скала раздвоилась;

Часть устояла: кусками рассыпавшись, в море другая

Рухнула вместе с висевшим на ней святотатным Аяксом;

(510) С нею и он погрузился в широкошумящее море;

Так он погиб, злополучный, упившись соленою влагой.

Брат твой сначала судьбы избежал: невредимо ко брегу

Он с кораблями достиг, сохраненный владычицей Герой.

Но тогда, как в виду неприступных утесов Малеи

(515) Был он, внезапно воздвигнулась буря, и рыбообильным

Морем его, вопиющего жалобно, к крайним пределам

Области бросило той, где Фиест обитал и где после

Царское было жилище Фиестова сына, Эгиста.

Скоро, однако, опять успокоилось море, и боги

(520) Ветер попутный им дали: в отечество их проводил он.

Радостно вождь Агамемнон ступил на родительский берег.

Стал целовать он отечество милое; снова увидя

Землю желанную, пролил обильно он теплые слезы.

Но издалека с подзорной стоянки увидел Атрида

(525) Сторож, Эгистом поставленный (злое замысля, ему он

Дать обещал два таланта); и там наблюдал он уж целый

Год, чтоб Атрид не застал их врасплох, возвратяся внезапно.

С вестью о нем роковой побежал он в жилище Эгиста.

Ков смертоносный тогда хитроумный Эгист приготовил:

(530) Двадцать отважных мужей из народа немедля он выбрав,

Скрыл их близ дома, где был приготовлен обед изобильный;

Взяв колесницы с конями, к царю он Атриду навстречу

С ласковым зовом пошел, замышляя недоброе в сердце;

Введши его, подозрению чуждого, в дом, на веселом

(535) Пире его он убил, как быка убивают при яслях;

Люди, с Атридом пришедшие, все до единого пали,

Но и Эгистовы с ними сообщники также погибли».

Так он сказал, и во мне растерзалося милое сердце:

Горько заплакав, упал я на землю; мне стала противна

(540) Жизнь, и на солнечный свет поглядеть не хотел я, и долго

Плакал, и долго лежал на земле, безутешно рыдая.