Между нами только ночь

Стремление быть всё время в движении, и, в первую очередь, внутреннем – неважно в какую сторону, ведь с точки зрения пространства не существует движения вперед или назад. А есть импульс, толчок и скольжение, как на коньках. Ноги уже не разъезжаются, как раньше, и от этого радостно и уверенно на душе”.

“…Любимый мой Маришик, я в Нью-Йорке! Любуюсь фаллическим беспределом каменных джунглей и зрю в корень – перевожу семинар по дистанционному видению и осознанным сновидениям. Вернусь в конце мая. Расцветай!”

“Прости прости прости! Последние пару дней перед взлетом был такой марафон, что едва домчалась до аэропорта и плюхнулась в кресло – успела! Но многое другое – и главное ответить на твои послания! – пришлось оставить на сейчас.

Я на месте, в крошечном живописном городишке Лос-Гигантес, названном так в честь отвесного вулкана, к которому он притулился правым боком. И первое же письмо – на второй день приезда – тебе! Я по нам уже здорово соскучилась!

Итак – завтра будет исполнен ритуал перехода Земли на новое время! Гости съезжаются со всего мира.

А заодно и сплываются: ждем в гости дельфинов. Море вокруг Тенерифе – одна из любимых акваторий дельфинов и китов.

Я живу на набережной Марины в трех метрах от воды, куда с утра до ночи заныриваю. Она не парная, но чистая-чистая, несмотря на черный и нежный вулканический песок.

Но где же драйв?

Надеюсь, он скоро проклюнется и поднимет всё в воздух – как нас с тобой, когда мы зависаем и парим над пиршеством в честь долгожданной встречи.

А может, здесь такого не будет, и я просто сотру что-то лишнее, выветрю надоевшее и пропитаюсь соленой водой, как селедка. Время покажет! То самое время, которое завтра закончится и включится снова, чтобы мы могли мчаться друг к другу из-за морей-океанов, из заснеженной Арктики и с вулканических пиков, прыгая с ветки на ветку – с моей серой на твою зеленую и вместе на красную, пульсирующую как даблоидное сердце, которое у нас на каком-то невидимом плане одно на двоих. Вот же счастье!

Шлю его тебе срочной островной почтой.

Небо за окном синее, как на детских рисунках, и потому домчится оно мигом – к завтрашнему дню, когда ты выглянешь в окно, чтобы отправить ввысь свое послание на весь грядущий век.

Не забудь, мой драгоценный тихоход из поднебесья! Мир ждет твоей подсказки! (и да, чудесная получилась обложка, ваша на все сто (миллионов))…

Вот и всё пока, побежала купаться…

Тых-бултых!”

Мы с ней никогда не странствовали вместе.